Настенька и медведь

Сама все увидишь. Дело недолгое.

– А долго нам ехать?

Спросила и оглянулась с тревогой на спавших детей.

Врать ей не хотелось. Только Беринг знал тайные дороги, что ведут мимо времени. Ими он и повел своего верного коня, сокращая дорогу в три раза как минимум.

– Ночью приедем. А в Яушах будем часа через два. Поспи пока, дорога скучная.

Она молча кивнула, еще раз оглянувшись назад, откинулась на изголовье сидения и тихонечко засопела. А Беринг поймал себя на преступной мысли: эту головушку рыже-разноцветную хотел бы он видеть на своем плече каждое утро.

Ему ничего бы не стоило это. Но такие сердечные девочки не должны стать разменной монетой в игре. Чистый жемчуг речной, а не Настенька. Все равно, что Снегурочку соблазнить, потеряв сразу и сказку, и веру в нее. Нет, он уже перерос возраст охоты на все симпатичное. Ему нужно больше.

В маленьком поселке с загадочным названием Яуши у заправки свернули направо, нашли в сумерках Московскую улицу, дом тринадцать.

Беринг вышел и быстро ушел. Дети в машине проснулись, девчонки захныкали, хором просясь в туалет, Ванька рычал на них, Настя опять растерялась. Куда тут их деть?

Глядя на всю эту троицу, заспанную, очень растерянную, будто ставшую еще даже меньше, Настя отчетливо вдруг поняла: жизнь перевернулась. Нет больше вечно маленькой Насти Лисициной. Есть старшая и ее дети. Стать внезапно практически многодетной матерью – это серьезно. Она прислонилась к машине, сползла по кузову прямо на землю.

Дети вдруг разом утихли. Оглянулась. Влад держал на руках одну из все еще громко всхлипывавших близняшек, что-то ей говорил, подхватывая и вторую, Иван послушно потопал за ними. Куда? Подскочила, споткнулась, упала. Крепкая рука ее вдруг подхватила. Как? Беринг.

Одна из сестер уже прочно сидела у него на шее, вторая висела на плече, а он поднимал и отряхивал ее, размазню и трусиху. Еще одного своего ребенка.

– Ты паспорт взяла? Пойдем, все будет хорошо, ничего не бойся. Я обещаю.

Тихо сказал. Но так… Что поверила. И пошла, как овечка за пастухом.

Их встретил теплый дом, пахнущий пирогами, свист чайника, радушный хозяин, похожий на гнома: низенький, крепкий, в винтажных очках и хозяйка – под стать ему, вся какая-то очень уютная, мягкая.

Туалет и помытые руки, сладкий чай со сливками, целая куча пирожков и разговор: вроде бы ни о чем, но очень приятный.