Потерянные в лабиринте. Возвращение к самому началу

Безостановочное движение, неконтролируемое размножение субстанции самой себя, представляло зрелище, которое даже самые смелые фантасты и писатели жанра ужасов передавали лишь частично. На самом деле только ничтожная доля всего этого ужаса попала в древние мифы, легенды, религии и в современный жанр ужаса. Потому что передать картину истинного первозданного мира полностью было просто невозможно.

Холодная, текучая лава живой плоти не имела формы, но способна была принимать любые формы. Аморфная первородная протоплазма не имела и толики сознания, чтобы остановиться хоть на какой-либо, пусть самой ужасной, форме.

Да и остановиться первородная Материя просто не могла.

Протоплазма. Неисчислимый хаос. Необъятное поле соединившихся и постоянно движущихся клеток само-зарожденной и само-мутирующей материальной субстанции. Соединения живых клеток в этом беспорядочном хаосе движения порождали немыслимые формы (если это можно было назвать формами) живой плоти, которые тут же трансформировались в нечто совершенно другое, еще более ужасное.

Власть хаоса и полного бесформия. Противоестественная бесформенная первородная масса переливалась волнами, постоянно то увеличиваясь, то уменьшаясь в объемах, порождая немыслимые комбинации и соединения. Непрерывно движущаяся масса пузырящейся протоплазмы мгновенно образовывала невыразимые очертания, которые вызывали ледяной ужас отсутствием даже намека на организацию. Постоянное движение, изменение и неописуемая беспорядочная мутация – и больше ничего.

Законы движения и развития материи, описанные эволюционистами, были в принципе верными, только они отражали лишь сотую долю первородного неисчислимого хаоса, самозарожденного в самом начале.

Когда немного прошел первый шок от созерцания этого вселенского ужаса, Клеон понял, что законы материи были определены как раз-таки правильно. Материя, зародившая сама себя, автоматически хотела только одного – существовать и размножаться.

И этот непреодолимый импульс жизни – глубокая потребность в движении, развитии и размножении – и порождали непередаваемый процесс трансформации первозданной Материи.

«Сверхъестественный ужас» – вот что это такое – продолжало судорожно биться в сознании Клеона, – это однажды назвали сверхъестественным ужасом, один из величайших основателей жанра ужасов назвал это именно так…»[2 - Здесь и далее идет упоминание Г. Ф. Лавкрафта].