Потерянные в лабиринте

Клеон, конечно, осознавал, что у плоти в ее бесконечных трансформациях не было и не могло быть ни интеллекта, ни сознания, ни чего-либо другого, что есть в любых обитателях современной планеты. И если до этого он всегда сожалел, что стопроцентный потенциал человечества снизился до ничтожного уровня, что люди стали похожи на загнанных крыс в лабиринте общественной Системы, то теперь он отчетливо понимал, что будет, когда ни сознания, ни интеллекта не будет в принципе.

Очень часто люди в разговорах или писатели-фантасты описывали подобный процесс, называя его условно низшим, животным существованием.

Но сейчас, стоя перед видом ужасающей бездны, наполненной копошащейся и постоянно движущейся материей, Клеон понимал, что данный термин не передавал и одной сотой доли того, каким может быть существование без привычных для человечества порядка и гармонии.

Твари, живые, мутирующие Твари, становились все сильнее и могущественнее. Клеон не мог применить никаких слов, чтобы хоть как-то обозначить весь этот процесс движения и размножения.

Мелькнула когда-то прочитанная фраза – земля же была безвидна и пуста, и дух Божий носился над водою…. Никогда над этой фразой Клеон не задумывался всерьез, никогда не думал, что это может означать на самом деле. Только сейчас где-то в глубине оцепеневшего сознания он вдруг понял, что это означало – Дух, отделенный от плоти.

Свет, носившийся сам по себе, отдельно от того, что находилось на планете. В самой материальной субстанции и в порожденных ею тварях не было ни крупицы космического Света, а значит, не было и намека не гармонию, порядок или сознание.

Это была чистая плоть, без каких-бы то ни было примесей, существовавшая только на импульсах и инстинктах.

Движение ради движения.

Размножение ради размножения.

Тотальное всепоглощающее царство импульсов и инстинктов.

Мелькавшие в сознании воспоминания и образы различных древних форм и объектов, которые так пугали Клеона при изучении некоторых древних цивилизаций, казались невинными картинками из детской книжки.

Когда Клеон изучал различные образы «древних богов» и их ужасающие изображения в виде змей, драконов, морских чудовищ и рептилий, он все время невольно содрогался, думая о том, как человеку или группе людей могли вообще прийти в голову подобные образы. Сейчас эти воспоминания, мелькающие в воспаленном, застывшем в диком страхе мозге, вызывали лишь горькую улыбку. Потому что ничто, абсолютно ничто, не могло сравниться с действительностью.