Потерянные в лабиринте

– Да, это так – сказал задумчиво Антерос, – все, абсолютно все ее качества, полностью противоречат основаниям Плеромы и самому Свету. Я согласен с Одосом, это подавляющее стремление к размножению и распространению является основным свойством «темной энергии». В этом не остается сомнений, когда наблюдаешь за развитием и распространением материальных порождений. Противоположность между организацией Плеромы и «темной энергией» очевидна, следовательно, можно предугадать каждый следующий шаг этой неведомой формы жизни, основываясь на том, что ее свойства абсолютно противоположны нам.

– И вот это совсем не радует – продолжал Антерос, – вы понимаете, что распространение и размножение будет только увеличиваться, и тотальность никуда не исчезнет. «Темная энергия» не удовлетворится одной звездой и даже несколькими планетами. Энергия будет пытаться и дальше распространять сама себя на все космическое пространство.

– Это уже все понимают – вступила в разговор Агапе, – мы наблюдаем достаточно долго за развитием чуждых Космосу материальных порождений «темной энергии».

Одос прав – основа существования первородных Тварей, порожденных неизвестной нам энергией – инстинкт тотального размножения и распространения. Также прав Дикайос, эти инстинкты совершенно противоположны безмятежному и неподвижному Царству Плеромы, которое Источник Света создавал миллионы лет. Прав Антерос, этот инстинкт никуда не исчезнет, значит, материальная субстанция одержима желанием тотального поглощения любого, вернее, всего космического пространства.

– Возникает только один вопрос – продолжила Агапе, – что мы собираемся делать дальше?

Вопрос буквально повис в воздухе. Эоны прекрасно понимали, что на этот вопрос у них просто нет ответа. С одной стороны, они уже долго наблюдали за развитием первородной Материи и за ее бесконтрольным размножением, чтобы понять, что свойства энергии, породившей материальную жизнь, прямо противоположны образу жизни и всей организации Плеромы.

С другой стороны, происхождение противоположной Плероме организации жизни оставалось загадкой. Несмотря на очевидность качеств и свойств материальной субстанции, ее природа оставалась неразгаданной, и поэтому не так просто было принять решение о том, что же теперь делать с этой уникальной и противоречивой организацией жизни.

Все молчали. Эоны не столько обдумывали причины и последствия зарождения другой жизни, сколько ждали, когда заговорит Гнозис.