Инициалы

По его мнению, она бы отлично дополнила интерьер кабинета и, возможно, способствовала привлечению новых клиентов, но со стопроцентной вероятностью подчеркнула бы его приверженность правосудию.

– Я, пожалуй, через несколько дней зайду, а статуэтку попрошу придержать, – заявил адвокат и покинул антикварную лавку.

Спустя некоторое время Матвей вернулся в «Золотую корону». Поликарпова при нем не было. Его помощник был раздосадован неудачей на аукционе и отпросился залить свое горе порцией горячительных напитков.

Матвей же не стал нарушать условий договора с юнцом и поместил коробку у себя в кабинете, удержавшись от соблазна заглянуть внутрь.

За несколько минут до закрытия антикварной лавки Гриша сидел за прилавком и трясся: ему не терпелось прочитать украденное письмо.

– Матвей, ты собираешься уходить? – прикрикнул Гриша в приоткрытую дверь, поглядывая на часы.

Молчащий кабинет вынудил Гришу подняться и подойти. Он встал у двери и просунул голову внутрь.

– Уже почти восемь часов.

Матвей пристально смотрел в монитор, но на секунду оторвался от него и бросил безмолвный взгляд на Гришу, протер лицо руками, посмотрел на время и сказал:

– Иди, я еще немного поработаю.

Матвей был занят просмотром онлайн-аукционов. Он мог часами просматривать те или иные предметы антиквариата, сравнивать цены и прочие характеристики. К этому делу он подходил с особой щепетильностью и никогда не совершал поспешных покупок. Благодаря природному дару чувствовать настроения потенциальных покупателей, купленные Матвеем товары, не могли задержаться на полках больше двух недель.

К тому же всегда находился клиент, который прихватит пару статуэток на будущее. Интенсивная торговля провоцировала Матвея проводить за компьютером по нескольку часов, чтобы успевать пополнять сиротевшие с каждым днем стеллажи. Это занятие, естественно утомляло его, поэтому живые аукционы были хорошей отдушиной. Как раз его европейский товарищ в скором времени должен был сообщить об одном очень интересном мероприятии.

Освободившийся от рабочих обязанностей Гриша, устремился домой. Сложенное вдвое письмо, перемещенное из кармана штанов в рюкзак, не давало покоя.

Когда он очутился дома, то первым делом занялся письмом. Оно пахло точь-в-точь, как и его автор. Гриша сразу учуял этот запах и вспомнил о ней. Сердце его забилось быстрее, на ладонях проступил пот. Он глазами пожирал слова, сложенные в предложения.