Люблю тебя одну

Наклоняюсь и целую Диану в плечо, затем прокладываю дорожку из поцелуев до ее шеи. Нежная кожа покрывается мурашками.

Провожу рукой по ее тонкой талии, глажу бедра, чуть сжимаю ягодицы и запускаю пальцы в ее горячее лоно.

– М-м-м… – мычит Диана с полузакрытыми веками и зарывается лицом в подушку, когда я начинаю двигаться внутри нее пальцами. Сначала двумя, потом добавляю еще один.

Ее киска громко хлюпает от моих движений, и этот звук заводит не хуже стонов Дианы. Моя сперма смешивается с ее смазкой и стекает по внутренней стороне ее ног.

– Кир… – выдыхает Диана, виляя задом и насаживаясь на мои пальцы.

– Что, сладкая? – спрашиваю я ее, придвинувшись ближе и прижимаясь затвердевшей плотью к ее попке.

– Я хочу еще, – говорит она и обнимает меня рукой сзади.

Какой хороший аппетит у моей девочки!

– Что ты хочешь? – дразню я Диану, специально делая вид, будто не понимаю, о чем она говорит.

– Тебя, ох! – она выгибается, когда я вытаскиваю пальцы из ее киски и начинаю поглаживать клитор.

Рукой она нашаривает мой член и мягко гладит его, поднимая во мне новую волну возбуждения.

– Хочешь меня? – я прикусывая кожу на ее шее, неотрывно двигая пальцами между набухших складочек. – Тебе нужно только попросить…

– Пожалуйста, Кир, – Диана уже заведена и готова, но мне нравится вести с ней эту игру – пусть немного помучается.

– Пожалуйста, что? – слегка нажимаю на ее бугорок, от чего она протяжно стонет.

– Пожалуйста, войди в меня, – умоляет Диана, двигаясь навстречу моим пальцам, вернувшимся в ее горячее, истекающее соками лоно.

– Проси лучше, – я завожусь не на шутку от нашей игры, продолжая доставлять ей удовольствие пальцами.

– Кир, умоляю! – она хнычет и сжимает мой член в своей ладошке, от чего вдоль моего позвоночника пробегают мурашки. – Возьми меня! Я хочу тебя! Хочу, чтобы ты меня… Ох!

Диана прерывается на полуслове, потому что я захожу в нее сзади.

После ее слов у меня нет сил сдерживаться, поэтому я беру ее в этот раз… скажем так, по-взрослому.

Она извивается подо мной, громко стонет, срывая голос в те моменты, когда я прикусываю кожу на ее шее, и, в конце концов, кончает одновременно со мной. Это я называю ювелирной работой.

А то, что происходит у меня внутри, стоит нам с Дианой оказаться наедине, называется, не иначе, как попадос. И я не знаю, что с этим делать?

Разве можно убежать от самого себя?

Нет. И я это хорошо знаю.