Тайна Агаты Кристи

Когда состояние папы из-за неудачных инвестиций и общей экономической конъюнктуры, которую он не мог контролировать, начало таять, увяло и его жизнелюбие. И когда он, мужчина за пятьдесят, был вынужден впервые в жизни искать работу, на месте радости бытия образовался вакуум, и его тут же заполнила болезнь. Постепенно, шаг за шагом, она одолела и тело, и дух отца, и, в итоге он сдался.

В последующие после этого разговора дни мы, с одной стороны, искали возможность обойти почти откровенный запрет на женитьбу, наложенный Летным корпусом на молодых авиаторов, а с другой – разумеется – сообщили о нашем решении семье Арчи.

Я ужасно нервничала, несмотря на то что Арчи решил поговорить с родными без меня, – ведь насколько я представляла его мать, это была консервативная, бесстрастная ирландка. Похоже, индийская жизнь с первым мужем, отцом Арчи, не способствовала смягчению ее характера, и в новой роли – жены директора английской школы – она сделалась даже еще большей викторианкой, чем была. Так что, узнав от Арчи о реакции Пег Хемсли, я не удивилась: она – несомненно, с сильным ирландским акцентом – недвусмысленно высказалась в том духе, что ее драгоценному сыну едва ли следует добиваться руки девушки, носящей воротник под Питера Пэна. Все мои подруги следовали этой новой моде, которая позволила отказаться от старых, давящих на шею, стоячих воротничков в пользу удобных отложных, как у главного героя постановок по пьесе Барри. При всем моем обожании Питера Пэна я прекрасно понимала, что консервативная Пег считает недопустимо пикантными четыре дюйма шеи под подбородком, которые ее будущая невестка позволяет себе открывать на публике. При встречах Пег была со мной неизменно мила, но я знала, что за глаза она поет совсем иные ирландские баллады.

Родные всячески старались умерить наш пыл, а мы с Арчи тем временем готовились к войне, в которую я не верила – хотя Арчи проходил обучение на Солсбери-Плейн, а я посещала курсы сестер милосердия.

Если в промежутках между занятиями нам удавалось урвать время, мы проводили его в объятиях друг друга, обдумывая, как бы побыстрее обустроить наш брак. Мимолетность встреч лишь подчеркивала драматизм и романтику наших отношений, подогревая мое желание поскорее выйти замуж за этого загадочного, страстного мужчину. Задумалась я лишь однажды и на секунду – получив печальное письмо от Реджи в ответ на мое сообщение о разрыве помолвки.