Халцедоновый Двор. Чтоб никогда не наступала полночь

Королева запомнила его имя! Конечно, слишком уж обольщаться сим фактом не стоило, однако Девен пришел в восторг, а именно в этом и состояла цель королевы: Елизавета великолепно умела поприветствовать подданного так, чтобы в лучах ее благосклонного внимания он на мгновение почувствовал себя особенным, избранным. И вправду: после этого даже головная боль показалась Девену не столь уж скверной.

Однако, стоило ему удалиться восвояси, похмелье вновь взялось за него в полную силу. Отдав оружие Колси, он позволил Рэнвеллу накормить себя неким варевом, что, по клятвенным заверениям слуги, исправно исцеляло и самое жуткое похмелье, но не прошло и минуты, как желудок взбунтовался и изверг все съеденное наружу.

– Еще раз накормишь меня этим – живо отправишься в Ирландию, на войну, – сказал Девен новому слуге, чем вызвал довольную ухмылку на физиономии Колси, еще не смирившегося с посягательством на его монополию.

Кое-как отплевавшись, Девен сделал глубокий вдох и собрался с силами. Хотелось лишь одного: рухнуть обратно в постель, но это никуда не годилось: пора возвращаться к насущным делам.

Расспрашивать Хансдона о позволительности поиска еще одного покровителя, не заручившись дружеским расположением нужного человека, не имело ни малейшего смысла. Да, Девен надеялся, что с этим уже решено, но, не получив сему подтверждения, говорить на подобные темы с Хансдоном не стоило.

Скрипнув зубами, Девен расправил плечи и – похмелье, или нет – отправился на поиски. Однако удача, благоволившая ему во время утренних мытарств, повернулась к молодому человеку спиной.

Как выяснилось, господин главный секретарь был болен и посему ко двору не явился. Расспросы привели его к другому человеку – перепачканному чернилами, с толстой стопой бумаг в руках, замещавшему Уолсингема на заседаниях Тайного Совета во время его отсутствия.

Набравшись мужества, Девен решился просить Роберта Била уделить ему толику времени.

– Когда же следует ожидать возвращения господина главного секретаря ко двору? – спросил он, представившись и в общих чертах изложив суть дела.

Роберт Бил, четвертый клерк Тайного Совета, поджал губы, но вовсе не оскорбленно и не от раздражения.

– Трудно сказать, – отвечал он. – Разумеется, ему необходим отдых, а Ее величество весьма озабочена состоянием его здоровья. Я бы не ждал его слишком уж скоро – разве что дней через пять, а, возможно, и более.

«Проклятье!» – подумал Девен, старательно изобразив на лице улыбку.