Мемуары леди Трент: В Обители Крыльев

Солдаты приняли надлежащие меры предосторожности, дабы уберечь машины от проникновения пыли, но, наконец-то вылетев в Цер-нга, мы убедились (на собственном горьком опыте), что сих мер предосторожности было недостаточно.

Хвала небесам, это случилось прежде, чем мы успели подняться в воздух хотя бы на сотню футов. Откажи машины целигера позднее – и мы оказались бы в отчаянном положении: пришлось бы нам садиться на территории видвати или цер-жагов и чиниться собственными силами. Но даже при сем везении нам пришлось пережить немало волнений, пока пилот вел целигер к земле.

К тому же, сколь бы мягкой ни оказалась посадка, Том, бледный, будто пергамент, еле выбрался из гондолы и, дрожа всем телом, рухнул наземь.

Я опустилась рядом с ним на колени.

– Том, если для вас это так трудно…

Том скрипнул зубами и впился пальцами в землю.

– Нет, Изабелла, я назад не поверну. Все будет хорошо.

Я ничего не ответила. Оба мы понимали: это ложь.

Наконец Том покачал головой.

– Я надеялся, что обойдется без этого, но… ладно.

Нет ли для меня каких-либо дел во время полета?

– Не думаю. Если пилотам потребуется помощь, ее вполне смогут оказать остальные.

Если уж четырех пар рук для этого не хватит, вряд ли пятая чем-то поможет.

Том поднялся на ноги, отряхнул ладони и колени.

– Тогда я просто выпью настойки опия. Лучше уж быть бесполезным в полете, чем вовсе не полететь.

Претворить слова в дело ему предстояло через два дня. После починки машин целигеры следовало заново загрузить, а груз еще раз распределить по-новому, причем большая часть нашего багажа оказалась на борту одного судна из трех, что мне не слишком-то нравилось.

Эндрю помог Тому взойти в гондолу и спустился на землю, дабы помочь подняться на борт мне.

– Ты уверена, что я не могу полететь с вами? – спросил он.

В его голосе слышались разом тревога и зависть. Он словно бы опасался за мою жизнь и в то же время жалел, что пропустит великое приключение, согласно его фантазиям, ждавшее нас впереди.

Я не стала напоминать ни о том, что скалолаз из него еще хуже, чем из меня, ни о том, что у нас нет теплой одежды его размера, ни о прочих практических соображениях, а просто сказала:

– Полетев с нами, ты окажешься в самовольной отлучке, а я слышала, в армии на это смотрят неодобрительно.

Кроме того, возможно, через пару месяцев тебе придется выкупать нас у цер-жагского правительства, так что ты нужен здесь.

Шутка, как я и надеялась, заставила его рассмеяться.