Вера в верования и наоборот. Альтернативный исторический мистический роман, автобиография

На этой информации, которая в Вас, стоит…

– Защита?

– Это не просто защита, Ксюша.

Ксения рассмеялась легко и разлив исто.

– Универсальная защита?

Она снова расхохоталась.

– Глупо у меня это звучит, да, Аламат? Просто есть такой фильм.

Аламат улыбнулся.

– Это личная защита Иоанна Крестителя, Ксюша.

– Что-о???!

Ксения выпала в осадок, в реальном смысле этого выражения.

– На мне, то есть во мне, защита Святого Иоанна, Крестителя Господа?!

– Да.

– Приехали… То есть поэтому… Это я?

– И поэтому тоже.

А шар для того, чтобы правильно и грамотно разложить много тысячелетнее Знание в Вас. Разумно, аккуратно и понятно. Чтобы Вы точно знали: что, когда и с чем именно из этого Знания делать.

– Папа… – это вырвалось невольно. Но в случаях, когда Ксения совсем не понимала, что происходит, она произносила именно «Папа».

– Я понимаю, Вас, Ксюша. Но давайте начнем подготовку.

– Да, конечно.

Ксения явно ничего не понимала, мысли то путались, то исчезали совсем. Она собрала всю свою волю, резко вдохнула и выдохнула восемь раз.

– Я готова.

– Хорошо. Начнем…

30

– Значит так… – Южин затянулся глубоко и долго держал дым в легких. Потом медитативно выпустил его и повторил то желаемое еще три раза.

– Курение убивает, не забывай.

– Да. Помню еще с детства. Лошадь.

– Что «лошадь»? Твой сон – это лошадь?!!!

– Корень… Курение убивает лошадь.

– Так она же не курит. Подожди… Капля никотина убивает лошадь!

– И курение тоже ее убивает.

Оба стали ржать так громко, что, казалось, северный ветер усилился.

– Ну, Саня… Пять баллов. Десять!!!

– Ну… Главное же с умным видом всякую чушь нести.

– Но в обломках «чуши» и таится Истина.

– Да. И правда про курение тоже.

– Да это все понятно. А вот если бы был выбор такой: можно и курить, и не курить? Что бы ты выбрал?

– Однозначно курить.

– Так как это способствует мыслительному процессу, – закончили Южин с Корнем одновременно.

– Так вот, – Южин посмотрел на Восток и сосредоточился.

Корень уселся по-турецки и настроился слушать и запоминать дословно.

– Чандра… Я уверен, что было так: сражу после рождения, ее взяли к себе «Чандрас». Поменяли имя, родителей явно убили, и теперь никто не знает того имени, котором на самом деле ее нарекли.

– Стройно… – Корень внимал, хоть и шутил.

– Это пока стройно, Корень.

– Не прибедняйся.

– Не буду.

– Лучше будь. Просто будь, Саня.

– Буду, Корень. Слово.

– Слово. Хорошо.