Ценник

В ответ его мыслям он увидел пятерых террористов в первом салоне. «Постреляем, дебилы?» Все АКСУ были с глушителями. И макаров одноглазого тоже. Алексей предпочёл макаров. Прицелился. Все пять пуль вошли в черепа боевиков неслышно. И все пятеро просто осели. «Бинго. Минус восемь козлов».

Алексей понимал, что в кабине не могут находиться оставшиеся двенадцать боевиков. Он медленно и тихо растащил пятерых уничтоженных террористов на уровень пятого и шестого рядов. В салоне отключились все, поэтому он просто запихивал трупы в ряды.

Лёша на корточках двинулся в последний салон. У лестницы на второй этаж стояли ещё трое. «Два раза один и тот же номер может не пройти».

Алексей, служа в армии, никогда не занимался конкретной ликвидацией. Его бригада горного десанта, как ни странно, была спасательной. Их задачей было вытаскивать заложников, пленных. То есть, попросту говоря, он не был «охотником». У тех людей, которые ликвидировали или зачищали, был совершенно иной склад ума. Но здесь, в аэробусе… В Алексее что-то щёлкнуло.

Всегда есть несколько вариантов: охотник, жертва, преследователь, конкретный убийца, «маньяк пистолетного курка» и т. д. В нём проснулся реальный охотник. Он не видел, что это люди. Он сразу поставил себе задачу, что это террористы, а значит, звери, соответственно, мишени. «Нож?» Все трое стояли к нему боком и спиной. «Наверху, на лестнице, наверняка есть ещё кто-то. И в салоне второго этажа». И Алексей пополз к боевикам по-пластунски.

Катя

Она была «отрывной».

Несмотря на свои молодые годы, Катя очень хорошо знала систему. Где и как сделать правильно, где обойти. Она одновременно была в социуме и вне его. Это не просто подкупало Алексея. Это не давало ответов на её загадку. Ту самую женскую загадку, которую можно разгадывать всю жизнь.

…Они вместе поехали в Ригу. Поднялись на собор Святого Петра. Оттуда, со смотровой площадки, был виден весь город. Солнце, любимая, ветер, его родной город.

…Лифт спускался вниз и поднимался наверх ровно девять минут, отвозя и забирая новых туристов.

Они остались вдвоём с Катей наверху…

С высоты в семьдесят один метр город расплывался. Их движения были… Движениями ветра. Катя была в оригинальных штанишках. И разорвать их там, где надо, оказалось так легко…

Лифт уже шёл наверх. А они, слившись воедино, всё продолжали и продолжали. Казалось, исторический собор сам задавал ритм их телодвижений свои скрипучим покачиванием. Музыка их стонов сливалась с нотами секса собора.