Макото. Том первый

Тем более, стоило мне отойти от машины чуть дальше, чем нужно, молодой тут же подбежал ко мне и взял за руку. Он начал что-то торопливо говорить и потянул меня к машине. Не требовалось большого ума, чтобы понять, что от меня хотят.

Как только мы сели по своим местам, машина сразу же рванула с места, выбив из-под колёс облака пыли. Вновь началась бешеная гонка. Похоже, мы от кого-то убегали. И если водитель продолжал так гнать, то преследователи были совсем рядом.

– Да не понимаю я вашу тарабарщину, – ответил я молодому, явно пытающемуся у меня что-то узнать.

Тогда он попытался достать пакеты, что я сбросил при своём пробуждении.

С переднего сиденья это сделать было практически нереально. Я помог ему, после чего парень в недоумении уставился на меня, пробормотав что-то себе под нос.

В пакетах оказалась еда. В основном пачки с печеньем, сухариками и чипсами. Малость покопавшись, смог отыскать на дне пакета пару упаковок с колбасной нарезкой. Ещё нашёлся хлеб для сэндвичей. Быстро состряпал себе пару бутербродов и принялся жевать.

Пока я ел, молодой периодически бросал на меня изучающие взгляды. Стоило мне только перестать жевать, как этот придурок попытался ударить кулаком мне в лицо и, похоже, совершенно не собирался сдерживать силу удара. Пришлось полностью вырубать зону маны, лишая себя возможности видеть, создавая мягкий щит перед лицом. Возглас удивления подтвердил, что моя защита сработала как нужно, полностью погасив силу удара. Задумай он тут же нанести ещё один удар, и я не смогу защититься.

Требовалось минимум пара секунд, чтобы снова поставить щит. Второго удара не последовало.

Немного выждав, активировал зону маны и увидел, как парень пытается перелезть ко мне. Выходило у него это из рук вон плохо. Он уже практически протиснулся между крышей и подголовником переднего сидения, когда машину подкинуло в воздух. Я снова приложился многострадальной головой, после спиной, а после этого удары стали сыпаться со всех сторон. Машина начала кувыркаться, а вместе с ней и я стал летать по салону, ударяясь обо всё, что только можно.

Прожив двадцать лет прошлой жизни, я ни разу не попадал в аварию. А здесь нахожусь всего ничего, и вот тебе, пожалуйста.

Машина наконец замерла, упав на измятую крышу. И снова болело абсолютно всё. Я закричал, закричал изо всех сил. Кричал, пока в лёгких не закончился воздух, а после заплакал. Вся моя хвалёная концентрация разом слетела, а вместе с ней вырубилась зона маны, и я ослеп.