Макото. Том первый

Моё внимание привлекло движение на самом краю действия зоны маны. Там показались ещё трое, которые явно направлялись в мою сторону. В одном из только что нарисовавшихся я с трудом узнал того единорожного ублюдка, что хохотал, пиная трупы. Половина его лица и головы была покрыта ужасными шрамами. Сейчас он больше походил на монстра из фильма ужасов, чем на человека. При виде меня его целая половина исказилась в гримасе радости. Что мне очень не понравилось.

Похоже, вновь прибывших заметили и мои охранники.

Молодой резко ускорился, стараясь пробиться ко мне, но нападавших было слишком много. Они пёрли со всех сторон, словно тараканы.

Надеяться на охрану я не мог. Мужики сами едва справляются. Лежать и ждать своих палачей тоже не собирался. Я ещё поборюсь за жизнь. Ведь для чего-то мне дали второй шанс.

Намеренья приближающихся ко мне людей были абсолютно ясны. Они пришли за жизнью недобитка. Похоже, что в тот день паренёк, чьё тело я занял, должен был умереть вместе со всеми. В принципе, так и произошло, вот только кто-то наверху решил, что теперь я должен прожить эту жизнь.

И я буду цепляться за неё до последнего.

Троица остановилась в метре от моего тела. Мужики, что пришли вместе с обожжённым, сияли в энергетическом плане даже ярче молодого. Это были настоящие монстры.

Они о чём-то заговорили. Шрамированный бросил быстрый взгляд в сторону, где до сих пор сражались мои охранники. Присев, он достал нож из-за голенища сапога. И подошёл ко мне вплотную. После чего не отказал себе в удовольствии пнуть лежащего на земле, полностью переломанного ребёнка в живот.

Мне оставалось только ждать подходящего момента для нанесения удара. У меня была всего одна попытка, необходимо достать всех троих.

Похоже, изуродованный товарищ был главным, и когда он вдоволь потоптался на мне, жестом подозвал своих прихлебателей. Он что-то сказал им и вновь оскалился в подобии улыбки. Единорожные шестёрки взяли меня за руки и подняли. Голова безвольно упала на грудь.

Рука уродца потянулась к моей повязке, чудесным образом вновь оказавшейся у меня на глазах, и сорвала её. Это действо вызвало громкий хохот у моих мучителей. Сделав над собой огромное усилие, я открыл глаза и в момент, когда главный ублюдок перестал смеяться, поднял голову. Мои незрячие глаза встретились с его, и он закричал. Закричал от страха, это послужило для меня спусковым крючком.

Вмиг свёрнутая зона маны преобразовалась в три сложнейших конструкта.