МоЯн

 – Жеребец! – обратился к отражению. И выпорхнул на улицу.

Солнце светило, соловьи заливались.

Едва вышел за угол дома, мое сердце оборвалось. Одиноко стоящий на парковке мерин был изуродован надписями белой краской, а все четыре колеса проколоты. «ЭТА СУКА ТОГО СТОИЛА?!» и «Я ТЕБЯ ЛЮБИЛА» буквально светились на всю улицу, и на этот свет летели прохожие.

Стою в метре от своего внедорожника, а брови никак не могут вернуться в исходное положение. «Что это?!». Смешанное чувство досады, печали и сарказма погрузило меня в молчание на грани траура.

– Твой, что ли? – обратился ко мне мужик, всем видом и запахом сообщающий о своем вольном нраве и духе. Выхинский хиппи, недавно ковырявшийся в мусорном бачке возле магазина. Его забавляла картина проколотых шин и надписей, красовавшихся со всех сторон моего авто. Я не ответил.

– Хех, бабы – они такие. Чем горячее в постели, тем мстительнее за ее пределами, – «радовался» за меня мужичок, шепелявя без передних зубов. – Машина не член, можно восстановить, – ободряюще заявил он.

А ведь прав. Даже смешно. Кроме нее, больше некому удивлять в постели и в жизни. Приложил ладонь к щеке – жгло воспоминание. Кроме Аленки, такую херню никто бы не выкинул. Она набирала обороты.

– Братиш, подкинь деньжат, – за добрые слова и учтивость мужичок просил оплату.

– Сам в поисках.

– Заработка? – удивленно посмотрел на меня.

– И счастья…

К ресторану в пределах Бульварного кольца подъехал с большим опозданием.

Паркуясь, поймал смешки водителей и прохожих.

– Можно сфотографироваться? – обратились ко мне проходящие мимо девчата. Им было смешно от надписи с водительской стороны: «Эта сука того стоила???».

– Можете написать на машине свой телефон, – закрывая дверь, подмигнул студенткам. Они хихикнули.

Гостей было меньше сотни: немного родственников с одной и с другой стороны, друзья и коллеги.

Ведущий праздника, как по мне, должен дирижировать мероприятием так, чтобы бордовыми лицами светилась только часть гостей.

Он должен держать хрупкий баланс между силами алкогольного зла и нудными снобами, вынуждающими его зевать от скукоты. Но праздника в душе так и не оказалось. Набравшись смелости и опрокинув пару шотов с водочкой, взял слово:

– Дорогие мои! – обращаюсь к молодоженам, – брак – это тыл, который вас всегда прикроет, оставляя где-то там бушующие страсти повседневности. Но сберечь его – особый талант и непомерный труд.