Посеявшие бурю

– Не переживай так! – Джарет пожал её маленькую прохладную ладошку. – За обедом сядешь рядом со мной. Будешь делать то же, что и я.

– Обед!! – ужаснулась Мариэтта. – Но разве бал…

– Конечно! Как же без обеда? Зажгут свечи, накроют на всю толпу троглодитов. После обеда гости пройдут в музыкальную гостиную – для отдыха, светской беседы. Там они предадутся такому сомнительному удовольствию, как музицирование барышень и бесконечное обмусоливание погоды, попутно хлебая кофе с коньяком. Между прочим, хорошим коньяком! И только после того, как еда в их желудках осядет, начнутся танцы.

Мариэтта выслушала всё это с таким страдальческим видом, что Джарет поспешил заверить её:

– Я призову на помощь тяжёлую артиллерию, они окружат тебя плотным кольцом, и никакая фифочка к тебе не просочится.

– Ты про кого это?

– Вадим, куда он денется! Потом – Тим и семейство Ульриха, – перечислил Джарет, а сам невольно подумал: «При таком соседстве даже Эдгар не рискнёт что-либо сделать».

– А кто они? – поинтересовалась Мариэтта.

– О! Всего лишь мои соседи и один Хранитель, – ответил Джарет.

– Твои соседи? – насторожилась молодая женщина. В груди всё аж похолодело: – В каком смысле – твои соседи?

– Что ты так смущаешься? Подумаешь! Я ведь тоже король.

– Можно, я вернусь на Грань? – взмолилась Мариэтта.

– Но, дорогая!

– Ну, или тихонечко посижу где-нибудь в уголочке! Чтобы меня никто не видел…

– Мариэтта! Девочка моя! Всё будет хорошо. Лучше выпей вина, ты вся аж позеленела.

* * *

Ночью Джарет сидел на подоконнике. В руке привычно лежал хрустальный шар. Король размышлял.

Утомлённая тяжелым днем и томимая дурными предчувствиями, Мариэтта быстро уснула. Джарет не стал будить.

Он думал о предстоящем бале. Мысли текли обычной чередой: готово ли то, готово ли это, и так далее. Подумал об их нарядах. Кружева, жемчуг для её платья уже отправил. Себе камзол ещё не выбрал. А кулон, скорее всего, подберёт в день бала, так сказать, по наитию.

Может, что ещё и ей предложит. Всяческих украшений у него ведь много, целая коллекция, а лежат без дела. «Завтра покажу ей, – решил Король домовых, – пусть удивится! Наберет, сколько захочет. Бирюльки надо носить, иначе они тускнеют».

Вдохновлённый таким решением, Джарет лёг в постель. Мариэтта не шелохнулась. Она спала на боку, как обычно, положив уголок одеяла под щёку. Рядом с ней ему почему-то всегда засыпалось легко и без сновидений.