Секта с Туманного острова

Больше об этом разговора не заходило, но напряжение между ними возросло настолько, что его визиты в библиотеку стали невыносимыми.

У них был выходной день, и Беньямин забрал ее у ворот. Они даже не обсуждали, куда пойдут, – ноги сами направились к летнему домику, а руки судорожно переплелись. На последнем участке пути она прильнула к нему. Заметила, что его дыхание стало слегка неровным.

У Софии имелся опыт хорошего секса и плохого секса, но запретный секс был для нее в новинку. Она вошла в домик первой, и Беньямин сразу обнял ее со спины.

Поднял распущенные волосы и нежно поцеловал в затылок. Потянул за мочки ушей. Попытался засунуть руки ей под одежду, но застрял одной рукой между пуговиц. София потащила его за собой к кухонному дивану и там они рухнули, нетерпеливые, но неловкие в верхней одежде. Скатились на половик. По пути София по ошибке схватилась за кружевную скатерть стола так, что полетел подсвечник и едва не угодил Беньямину в голову. Заходясь смехом, они сумели стянуть друг с друга одежду: куртки, ботинки, перчатки, брюки и свитера, всё вперемешку. Они смеялись и тяжело дышали, а куча одежды росла.

«В первый раз так и должно быть, – думала София. – Дико и прекрасно». Потом подумала о том, что произойдет, если кто-нибудь войдет в домик и застанет их на полу, но решила, что ей все равно, даже если это окажется сам Освальд. Они были словно сошедший с рельсов поезд, и ничто не могло их остановить.

Потом, когда они лежали, переплетясь друг с другом, на половике, София подумала, что запретный секс, пожалуй, круче всего.

Ее голова покоилась на его плече, и они долго лежали так, не шевелясь. Без сил, совершенно опустошенные.

– Каково будет наказание? – наконец спросила София.

– Наказание?

– Да, за то, что мы сделали.

– Сделали что?

– Давай, колись.

– Ну, ничего хорошего. Исключение из группы. Увольнение. Отправка обратно на материк.

– Кончай! Только за то, что люди занимаются сексом, не живя вместе?

– Да, так и есть. Но нам ведь необязательно рассказывать? Это же сугубо наше дело.

София подумала о ждавшей ее в недалеком будущем библиотеке. Каково будет объяснять семье и друзьям, что она не справилась, что ее выгнали…

– Именно. Это ни одной собаки не касается.

* * *

Я сижу на скале, уставившись в туман.

Думаю, как странно, что он не редеет, хотя уже весна. Возможно, это знак, обращенный ко мне призыв отправляться в путь.

Моря почти не видно; слышно только, как оно ударяется о скалы.