Северный щит

В этих людях не видно людей, они скорее похожи на куклы, модельки людей, созданные для работы. Этакое рабство, но в Фарангусте все вольны, только свобода эта формальная – никто никого не держит, каждый волен идти куда хочет. Только куда? Будучи разбойниками люди не доживают и до 30, если их, конечно, принимают, а так остается только отшельничество, но Весландия – опасный материк; ползуки и призраки – не самое страшное, что можно встретить. Поэтому выходов у большинства немного – либо живи, работай и не вылазь, либо разгоняйся и разбивайся об стену, но лишить себя жизни способны немногие.

Преодолев пригород, Электо подъехал к воротам самого города.

– Кто? С какой целью? – спросил парня стражник повнушительнее пригородного: оружие потяжелее, доспехи массивнее, да и сам больше похож на военного.

– Марк канг Югай Электо – представился Марк и показал документы – в город еду увидится с другом. Он хозяин «Вода опасней водки». Кстати, не могли бы вы меня сориентировать?

– Ультр твой друг?

– А что, он так популярен в городе?

– Не то слово.

Торговый квартал оказался приятным местом, в котором находиться было душевно свободно и комфортно. Дорога – каменная, по краям стояли не хижины, а дома в один, два, три, а иногда и в четыре этажа (многоквартирные дома), и почти на каждом двухэтажном доме висела табличка, указывающая на род деятельности хозяина (на первом этаже рабочее помещение, на втором – жилое).

В рюмочной, которая больше напоминала бордель, Марк узнал, что хозяин сейчас в здании стражи. Узнав, как туда пройти, парень пошел доставать своего проводника.

Здание стражи представляло из себя несколько каменных коробок разных величин, огражденное несущей стеной.

– Что? – спросил у Марка начальник стражи – большой, бородатый мужчина с угрюмым, занятым видом.

– Я по поводу Ультра.

– Ах, этот идиот. В этот раз он нас особо не удивил, бывало и похуже, но все же спустить мы этого не можем.

– Что он натворил?

– Наведался в школу для девиц, встал в центр внимания, скинул плащ и, в чем мать родила, стал бегать по классу, призывая следовать ему. Называл себя посланником природы, что-то пел, пытался раздевать других.

– А его можно как-то выпустить. Он же никого не убил.

– Да этот мудак уже всех заебал. Нас школа вообще просит посадить его на год или из города выгнать.

– Да ладно Вам, он же, в принципе, безвреден.