Двойная жизнь

Она потянулась за фотографией, но Йорген поднял ее еще выше и, не переставая рассматривать, продолжил высказывать свои замечания злобным и монотонным голосом, которого Ивонн никогда прежде не слышала:

– Ты была одной из тех самых симпатичных девочек в классе, завоевать благосклонность которых у меня не было ни единого шанса. Когда вы со своими подружками стояли на школьном дворе и какой-нибудь из парней проходил мимо, вы начинали громко хихикать и смеяться, приводя его в смущение. И он никогда не знал, смеялись ли вы над ним или над чем-то еще.

Ты была одной из тех, кто на вопрос, можно ли с тобой встретиться, отвечала «возможно». А когда тебе звонили домой и твоя мать поднимала трубку, было слышно, как ты шептала, что тебя нет дома. Ты могла так смотреть на парня огромными красивыми глазами, что он бог весть что воображал, а потом узнавал, что в это время ты уже встречалась с тупым типом, который уже закончил школу и получил водительские права.

– Что? – выкрикнула Ивонн.

Йорген пристально посмотрел на нее.

– А можешь ли ты себе представить, каково было парню, с которым ты сначала флиртуешь и на которого потом не обращаешь внимания?

– Я не понимаю, о чем ты говоришь?

– Нет, я думаю, что все ты прекрасно понимаешь. Я не верю в то, что такие, как ты, девчонки не знали, что они делали с такими, как я, мальчишками. Как вы подрывали наше чувство собственного достоинства. Вы всегда были такими красивыми, самоуверенными и надменными. Мы ненавидели вас за то, что вы причиняли нам столько боли.

Йорген замолчал и еще раз посмотрел на снимок, прищурив глаза, а потом со вздохом добавил:

– Господи, Ивонн, да я бы просто боготворил тебя, если бы мы были тогда с тобой знакомы!

Она растерянно уставилась на Йоргена. Что это: особо деликатная форма иронии или, быть может, он что-то узнал о ее прошлом?

– Достаточно, – оборвала его Ивонн и, протянув руку, выхватила фото.

Она повернулась к мусорному мешку и, уже собираясь порвать снимок на кусочки, остановилась.

Неожиданно для себя самой она увидела то, что перед этим видел Йорген: лицо юной девушки с длинными, шоколадного цвета волосами, очень мило расчесанными. Слегка раскосые карие глаза и фантастически гладкая кожа. Застывшая на губах улыбка была слишком широкой, чтобы быть искренней: типичная улыбка – чиз, для фотографа, однако чопорная осанка вполне могла означать высокомерие и надменность.

И тогда она поняла все, что Йорген имел в виду.