Буферная Зона. Охотники на монстров

Змей долго растерянно стоял, держа в руках трубку телефона. А потом, когда за окном залаяла собака, начал спешно собирать вещи в рюкзак.

* * *

Взял только самое необходимое из вещей. Выгреб из всех карманов и заначек последнюю мелочь. Денег не было – проиграл в карты. Но того, что набралось, должно хватить до Зареченска, соседнего города. Там Змей и планировал спрятаться, как советовал Артем Асхатович.

Городок этот вполне подходил, чтобы залечь на дно. И место имелось – старый дачный домик бывшей подруги, давно заброшенный, в который, Змей знал точно, никто уже лет десять не ездил.

Летом вполне нормально можно прожить.

А зимой… Дожить бы еще до зимы, а там видно будет.

Он закинул рюкзак на плечи и, сев в первую подошедшую маршрутку, рванул на железнодорожный вокзал. Если бы парень знал, к чему приведет это бегство, то вряд ли вообще решился на все это. Впоследствии не раз он возвращался к мысли, что явиться в полицию и рассказать всю правду было бы гораздо разумнее.

* * *

Купить билет до Зареченска не получилось – не хватило денег.

Зато хватило на сорокаградусную. Недолго думая, Змей взял в ларьке выпивку и пошел на перрон. Отсутствие билета – не беда. Можно попытаться добраться «зайцем», договориться с проводником, можно, в конце концов, притвориться, что потерял билет, и давить на жалость. Вариантов много.

В поезд удалось залезть, спрятавшись в толпе, прошмыгнув практически между ног проводника и рванув через весь вагон наутек, пока толстая тетка ругалась.

Дождавшись, когда состав тронется, Змей перешел на несколько вагонов назад, чтобы не попадаться на глаза проводнику. Там и засел, в тамбуре, рядом с каким-то пугливым старичком, который долго с опаской смотрел на своего нового соседа и что-то бормотал себе под нос.

Вместе с этим старичком и распили бутылку. Змей быстро захмелел. И едва душа, размокнув от выпитого, начала сочиться кровью, как он рассказал старику все: и про ребят, и про то, как их убили. Не боясь, что тот может сдать его полиции.

Хотелось выговориться, выплеснуть из себя боль, что накопилась, словно гной в нарыве, и никак не хотела выходить.

– Это из-за меня! Из-за меня! – кричал Змей, лупя себя кулаком в грудь. – Они из-за меня туда пошли, чтоб мой карточный долг закрыть. Понимаешь? А вышло все… Зарезали. Мы ведь вмести с ними из одного двора. И в садик вместе ходили, и в школу. Всю жизнь вместе. Стояли друг за друга горой, когда надо было, защищали.