Не Господь Бог

– Я не смогу! Нет, пожалуйста! Я туда не пойду!

Высокий молодой мужчина лет тридцати на вид, в дорогом тёмно-синем деловом костюме, с воспалёнными глазами и прилипшими ко лбу волосами поднял отчаянное лицо к женщине, которая стояла наготове с бумажным полотенцем. Она мягко, как мать, промокнула его лоб, тщательно выбритые щёки и подбородок, для чего ей пришлось привстать на цыпочки в туфлях-лодочках, а ему, напротив, наклониться, как коромыслом, к ней.

У Дмитрия Алексеевича Ушакова, без пяти минут главы одной из крупнейших госкорпораций в стране, была истерика.

Журналисты на улице и в холле Росгаза оживились. Вместе с ними оживилась и служба безопасности. В зале приёмов острый глаз главного офис-менеджера следил, чтобы бутылочки с водой, микрофоны и таблички были выставлены в идеальном порядке. Здание было оцеплено, все ходы и выходы перекрыты. Рукопожатие старого управленца с новым, молодым и перспективным, на фоне модерновой башни из стекла и бетона руки модного архитектора на Лахте должно было широко освещаться в СМИ.

И вот за десять минут до важного события умница Дима Ушаков с IQ 169 по Айзенку рыдал, как мальчик, на плече у своего личного психолога Елены Андреевны Прокофьевой. Она не мешала ему – слёзы способствуют быстрому восстановлению психики. А нужно было очень по-быстрому. Часы неумолимо приближались к шести вечера, когда должна была начаться пресс-конференция. Раздался деликатный стук секретаря-референта в дверь кабинета, под напряжёнными взглядами целой делегации сотрудников, обеспокоенных задержкой.

Ушаков как ватный медведь рухнул на стул, обречённо покачал опущенной головой. Прокофьева влепила ему пощёчину, вторую. Голова мужчины откинулась назад. Взгляд стал осмысленным. Бледные щёки обрели румянец.

– Хватит ныть! Ты встанешь и выйдешь к ним!

– Все поймут, что это ошибка! Что я самозванец! Что я просто всех обманул, занял чужое место! – отчаянно взмолился Дима.

– Ты на своём месте! Это твоя награда. Иди и возьми её! – встряхнула она его за плечи.

– Меня выгонят вон у всех на виду! Ты этого хочешь?! – выкрикнул зло Дима.

Агрессия – это уже было лучше, чем паника. Елена применила последний аргумент, он всегда выручал её с Димой даже в самих тяжелых случаях.

Прокофьева подошла к креслу, взяла за плечи, посмотрела в глаза, прижала к груди его все ещё мокрую голову.