Не Господь Бог

Машку он, конечно, любил, но роль воскресного папы никогда ему не была особо близка.

– Пап, ты же обещал! – глаза дочки округлились. Ребёнок, такой вот ребёнок была ещё их общая дочка Маша.

Отец с дочкой отправились на картинг, а Лена – в другую сторону. В сторону Диминой бывшей школы. Дима уже стоял там. Он был обязательным и пунктуальным человеком. Он стремительно искал в голове уважительные причины, чтобы отказаться. Грубое воспитание не позволяло.

– Даже не думайте слиться, – попросила она.

– Вы уверены, что это нужно? – поёжился он от ветра.

– Без вариантов, – сказала Лена.

– Как вы думаете, там кто-то из старых остался? – молодой человек испуганно моргнул.

– Очень на это надеюсь, – сказала Лена, беря парня под руку.

По мере приближения к школе Ушаков всё больше терял решимость. Каждый шаг отдавался воспоминаниями: вот горка, с которой катались ребята, все, кроме Мити, который до смерти боялся порвать штаны. Вот булочная, куда Митя заходил за хлебушком, когда у него не отбирали деньги.

А вон и школьная спортплощадка – место первого в жизни многих школьников курения. Теплотрасса, где на стекловате получали первый сексуальный опыт и потом страдали от крапивницы на голых ягодицах.

– Ну хоть какие-то плюсы, – сказал Дима, – благодаря маме я не курю, не пью и до сих девственник.

– Смотрите-ка, да он уже шутит! Значит, и правда выскочили, а я-то, если честно, боялась за вас, – призналась Лена.

– Боялись за меня? – удивился Дима.

Лена уже устремилась к школьным воротам.

Школа, где он раньше учился, была открыта, занятий сегодня не было, только кружки. Лена кивнула ободряюще Диме, который открыл перед ней дверь, они вошли и сразу столкнулись с пожилой тёткой. Та мыла полы тряпкой, кажется, более грязной, чем сам линолеум.

– Татьяна Ивановна? – узнал Дима.

– Здрасьте, – удивилась техничка настолько, что даже не стала ругать за следы на полу. – А вы кто?

– Митя Ушаков, сын Инны Петровны, не помните?

– Митя! Да как же тебя не помнить! Один ты ко мне всегда по имени-отчеству, вот что значит воспитание, – сказала техничка Лене, приняв, очевидно, ту за подругу или за жену.

 – А как все Инне Петровне завидовали, какой сын!

Дима склонил голову, Лена пожала ему руку, укрепив внимательную техничку в догадке, что они – пара.

– Покажешь свой класс? – напомнила она Диме о цели визита.

– Татьяна Ивановна, можно? Мы быстро, – попросил Дима техничку.