Давай разведёмся

Спасибо, что поинтересовался, – не получилось выкорчевать обиду из последнего слова. Марат застал меня врасплох, я плохо себя контролирую в это мгновение. Но в следующее все же беру себя в руки. – У меня новый проект.

– Поздравляю. Это здорово.

Утягивает в плен густым ожиданием. Он ждёт чего-то? Чего? Я не смогу уже ничего ему дать. Он специально позвонил или правда ошибся?

Не понимаю, что хуже. Не понимаю, что больнее.

– Ты контактом ошибся? – зачем я это спросила, зачем?!

Что я хочу услышать? Если скажет да, это будет новый удар.

– Пожалуй, да.

«Пожалуй, да»?!

«ПОЖАЛУЙ, ДА»?! Душа кричит беззвучно и обливается слезами. Как можно «пожалуй, ошибиться», если я была у него всегда записана, как «Любимая»?!

– Чтобы не ошибаться больше, переименуй как-нибудь, – вымученно улыбаюсь, чтобы смягчить голос, – если ещё этого не сделал.

– Я пока ещё не успел.

Кажется, я ошиблась.

Контрольный все же прозвучал. Сейчас.

Несколько месяцев прошло.

А я в его телефоне все ещё «Любимая»?

– Верю в тебя. Ты справишься. Извини, мне пора.

– Конечно. Успешного окончания проекта.

– До этого ещё далеко. Но спасибо.

Не сразу, но он отключается первым. Потому что мне не хватило моральных сил.

Я, приложив трубку к уху, взволнованно гляжу вдаль. И грудь вздымается от частых вздохов. И губы пересохли.

Дополнительный всплеск боли изнутри выжигает все новое, что смогло поселиться в душе…

***

– Мария Александровна, вы решили сразить наших кредиторов наповал? – спустя три дня заявляет мне новый руководитель.

Я уже отошла от разговора с Маратом. Смогла убедить себя, что он человек, а не машина. И всем свойственно ошибаться. Значит, Марат тоже ошибся. Он случайно… он просто промахнулся и нажал не туда. Вот и все. И больше нечего выдумывать. А моя реакция на его голос – это мои проблемы. И мне совершенно некогда копаться в своей голове. Потому что сейчас моя голова – достояние господина Басманова.

– Вы мне льстите, Владислав Сергеевич. Но мне по-женски приятно.

– Льстите?! – округляет глаза, улыбаясь оглядывает мою фигуру и возвращается к лицу. – Да мне уже в самый раз отскребать челюсть от пола. Пощадите мой возраст, меня ж сейчас удар шарахнет.

Я позволяю себе негромко рассмеяться и снисходительно принимаю комплимент.

– Ай-яй-яй, Владислав Сергеевич, да вы женский угодник.

Мужчина расплывается в улыбке, пролистывая на ходу бумаги.