Мертвая сеть

 – Вы сказали, что подозреваемый… говорил вам про своего друга по фамилии Аоки. Верно?

– Да, – кивнула Мидори. – Я ещё тогда сказала, что он «тоже зелёный». Просто зацепилась за это, ведь он… никогда не рассказывал о своих друзьях. Ну, то есть речи о них никогда не было.

– А о чём вы обычно говорили? – вмешался тот, второй, подавшись чуть вперёд.

– О сексе, – лукаво улыбнувшись, ответила Мидори. – Иногда о еде, о выпивке. Он говорил, что нет ничего лучше французского коньяка. А от сакэ его воротит.

Такеси кивнул. Второй мужчина остался с неизменным выражением лица. Он внимательно смотрел Мидори в глаза.

– Не особо много общения, если учесть, что вы больше полугода были вместе, – сказал он.

– Он много работал. Так уж получалось, что если я просыпалась позже него, то он не будил меня и уходил на работу. Если уходил в восемь утра – возвращался в восемь вечера. И всё это время я сидела в его доме…

– Он не давал вам второй ключ?

– Нет. Об этом даже речи не было. Но я и не настаивала.

Просто… когда мне самой нужно было… работать днём, то я просыпалась вместе с ним. Ставила будильник. Знаете, мне у него нравилось больше, чем в родительском доме или у подруги.

– Сейчас вы живете у подруги? – подхватил Такеси.

– Да.

– Я так понимаю, родители не особо разделяют ваши рабочие интересы, госпожа Кобаяси, – с тенью издёвки добавил второй детектив.

– Мои рабочие интересы приносят мне деньги, – парировала Мидори.

– Вернёмся к теме, – твёрдо сказал Такеси, кинув беглый взгляд на коллегу.

Открыл блокнот, пролистал его. Записал что-то. – А двадцать пятого сентября две тысячи восемнадцатого года вы были дома у подозреваемого?

Мидори призадумалась.

– Прошло почти четыре месяца, – усмехнувшись, ответила она. – Я просто не помню…

Такеси кивнул. Сам он хорошо помнил тот день.

Впрочем, сам по себе тот день не был каким-то особенным. Рутинная работа старшего инспектора из столичного управления полиции. Пропал подросток.

Такеси сидел за столом на кухне, прямо напротив родителей пятнадцатилетнего Минэо, который вот уже целые сутки не появлялся дома и не выходил на связь. Опять же, привычная ситуация: трудный возраст, непонимание со стороны родителей. Вечная проблема отцов и детей, как у русского классика Тургенева. Такеси и сам мог вспомнить несколько неприятных инцидентов из собственной юности, когда кровь в жилах пылала огнём. Он был той ещё занозой в заднице.