Второй шанс. Его дочь

– Сейчас какая-то опасность есть?

Металл в мужском голосе не позволяет отмахнуться полностью.

– Сейчас все хорошо, но врачи говорят ее беречь. Щадящие спортивные нагрузки и все такое, – на самом деле, там много чего, но зачем это Адаму сейчас… если захочет – как-нибудь в другой раз расскажу. А сейчас меня слегка пугают плотно сжатые челюсти и недобрый огонёк в глазах.

– Ты мне не хотела об этом говорить?

Я даже Леше ничего не рассказывала. Мужчина знает лишь облегченную версию: у дочери небольшие проблемы с сердцем, нужно наблюдать.

Все.

– Если ты через три месяца забудешь о ее существовании и начнёшь устраивать свою жизнь, к чему лишние разговоры? Наши проблемы… они только наши.

Он горестно прикрывает глаза и отворачивается на пару секунд. Пытается восстановить душевное равновесие. Понимаю, тяжело мои слова воспринимать.

Подбородок Адама недовольно выдвигается вперёд, а сам мужчина приближается вплотную. Он выше меня и теперь опасно нависает. Цедит сквозь зубы:

– Юля, – прерывисто выдыхает, – прекрати так себя вести.

Я о дочери не забуду. Как бы тебе этого ни хотелось. Я хочу все знать о ней. Особенно то, что касается здоровья. Особенно проблемы в этом плане. Особенно если я могу помочь.

– Я тебя услышала. Если ты чем-то сможешь помочь – узнаешь об этом первый. Мне кажется, тебе пора.

Адам хмурится. Я вижу, он еле сдерживает эмоции. Я подумаю, в какой форме и что ему открыть. Возможно, копии медицинских заключений сделаю.

Возможно, просто кратко расскажу ему подробности… А возможно, я и так все делаю правильно…

– Как конкретно сейчас обстоят дела? Вы регулярно показываетесь врачу?

– Да. Она живет обычной жизнью. Как все дети. Не считая некоторых ограничений.

– Она хочет заниматься танцами. Это запрещено навсегда? Ей вообще серьёзные физические нагрузки противопоказаны?

– Нет. Я просто слегка ограничиваю. Но приятно, что ты интересуешься ее увлечениями.

– Есть причины переживать даже сейчас? – настаивает.

Он очень взвинчен. Удивительно, как резко он воспринял известие о болезни дочери.

– Причин нет. Но меры предосторожности никто не отменял.

Я уже вроде как свыклась с мыслью, что Адам так или иначе будет присутствовать в жизни дочери. Мне бы, конечно, не хотелось с ним пересекаться на постоянной основе… но если ему очень уж хочется и он так активно настаивает…

– Юля. Я хочу, чтобы ты понимала. Аня не только твоя дочь, но и моя.