Незнакомка с моим лицом

Хотя немного удивлён, что решили стать натурщицей.

– Почему же? Сам же сказал, что я красивая.

Он неуютно заёрзал и принялся разглядывать свои ладони.

– К тому же сложно отказаться, когда работу предлагает такой известный художник, как Дан Ларанский. Другие натурщицы отдали бы многое, чтобы оказаться на моём месте.

– Ларанский? Дан Ларанский, художник? – Карл вдруг поднял на меня потемневшее лицо. Его взгляд сделался тяжёлым и пронзительным, отчего в животе завязался неприятный тугой узел.

– Что-то не так с Ларанским? – настороженно спросила я.

Пальцы нервно скомкали салфетку. Глядя на мрачное лицо Карла, чутьё вежливо подсказало, что лучший способ перевернуть ситуацию в свою пользу – прикинуться наивной.

Он нахмурился и вздохнул, как будто сожалея о моей недогадливости.

– Думаю, вы слышали о том, что у Ларанского недавно умер двоюродный брат, Эдмунд.

Я медленно покачала головой. Каждое слово сейчас могло сыграть как против меня, так и выудить из бывшего студента информацию к размышлению.

Похоже, что Дан находился под подозрением, но связать убийство с именем известного художника у меня не получалось. Уж не потому ли Дан так прохладно отнёсся к новости об убийстве, что сам догадался, что подозрения могут коснуться его?

– Слышала, – помолчав, задумчиво произнесла я. – В интернете писали хвалебные статьи о том, кому и как помог Эдмунд. Да и какое оказал влияние на людей в целом. Что ж… Про богатых людей всегда пишут удивительные некрологи. Аж удивляешься – как такой замечательный человек и прожил тихую и непримечательную жизнь? Прямо Робин Гуд современного мира.

Писали, что он скончался в результате внезапной остановки дыхания. Его, кажется, обнаружила в постели собственная жена.

Карл улыбнулся, но глаза оставались холодными.

– Смерть Ларанского вызывает много вопросов.

– Например?

– Я не могу вам всего рассказать. Есть тайна следствия…

– Карл! Дан – великий художник. Он создаёт картины, которым нет равных. И я не поверю, что он хоть как-то причастен к смерти своего брата.

Даже возникают вопросы.

Карл развёл руками и откинулся на спинку стула. Его взгляд смягчился.

– Чужая душа – потёмки, – неопределённо отозвался полицейский. – Вы сами говорили, что человек может оказаться кем угодно. Внешность крайне обманчива. И следует смотреть на поступки людей, а не на их слова… В любом случае, госпожа Романовская, я бы попросил держаться от него подальше. Дан Ларанский – мутный человек.