54 минуты. У всех есть причины бояться мальчика с ружьем

Томас разорвал бы его из-за меня, и это уничтожило бы ту крохотную семью, что еще осталась у Отем.

Единственное, что поддерживало меня в жизни, – это наши истории. У всех нас столько тайн. И я свято храню собственные. Еще до начала учебы Отем привела меня в заброшенный сарай. От фермы, когда-то стоявшей здесь, за городом, остался только этот сарай, окруженный кукурузными и хлопковыми полями. Мы встречались там каждый вечер. Мы делились сплетнями – соседи всегда знали обо всем, что происходило в Оппортьюнити.

Прошлым летом сарай превратился в студию Отем.

Окутанные золотым покрывалом густого августовского воздуха, эти дни принадлежали только нам. В эти дни Отем могла быть собой, а я поняла, что такое танцы и балет.

Однажды вечером все изменилось навсегда.

Метелки кукурузы пылали в лучах закатного солнца. Высокие стебли скрывали меня ото всех. Я писала заявление в колледж, наблюдая, как белый пух раннего хлопка летит по ветру. А Отем танцевала. Я не знала, чем хочу заниматься – знала лишь, что хочу поступить в колледж.

Мама? с каждым днем чувствовала себя все хуже, но ради Отем я заполняла формы. Мы всегда хотели уехать вместе.

– Думаешь, вам удается каждый вечер сбегать незамеченными? Мне казалось, я ясно выразился.

Звук голоса меня напугал, а когда я увидела, кому он принадлежит, кровь в жилах застыла.

Я не видела Тайлера со времени выпускного в средней школе, когда он прижал меня к стене и сказал, что я развращаю Отем. Он яростно защищал сестру – от всех. Он никому не доверял.

И это делало его непредсказуемым и опасным, человеком, от которого лучше держаться подальше.

– Уходи, Тайлер.

– Ты слишком много на себя берешь. Не тебе прогонять меня.

– Пошел прочь. – Я собрала учебники, лежавшие под деревом, и сунула их в рюкзак. – Или входи, если хочешь посмотреть, как танцует Отем.

Уголки рта Тайлера скривились в улыбке.

Тайлер – отражение собственной сестры, зеркальное отражение. У них одинаковые соломенные волосы – он заправляет их за уши, у нее они чуть длиннее.

В замшевой куртке и лаковых ботинках Тайлер казался старше своих семнадцати лет. Он был очень красив, классической красотой.

От его волчьего взгляда я ежилась.

Я не стала ждать ответа, а просто повесила рюкзак на плечо.

– Передай Отем, что увидимся завтра.

Я зашагала к краю хлопкового поля, и Тайлер пошел за мной. Он насвистывал какой-то веселый мотивчик, наступая на мою тень. Его дыхание щекотало мне шею.

– Раньше для меня были важны ее танцы.