54 минуты. У всех есть причины бояться мальчика с ружьем

Как заставить ее понять?

Она кладет руку мне на плечо, потом вспоминает, где мы, и нервно заправляет длинные черные пряди за уши. Ярко-синий топ, подведенные блестящие глаза. В Оппортьюнити, где многие предпочитают прятаться, она – яркая звезда на темной сцене. Сильв смотрит на меня выжидающе:

– Я все понимаю, можешь не говорить. Годовщины всегда даются тяжело. Конечно, тебе грустно. Тебя никто не осудит, и уж точно не я.

Я киваю, но слов все равно нет. Голоса звучат вокруг нас. Ученики поднимаются по ступенькам между четырьмя блоками мест.

Глаза Сильв устремляются в другой конец аудитории, где веселятся футболисты из нашей команды.

Я пожимаю плечами:

– Все в порядке. Со мной все в порядке.

Она никогда не поняла бы.

Я считаю минуты до седьмого урока, когда музыкальный класс за сценой станет темным и пустым. В тени я останусь одна.

Я буду в безопасности.

Сильв открывает рот, словно хочет что-то сказать, но тут рядом появляется девочка из ее класса, Аша.

Я размышляю. Сильв вечно ссорилась с моим братом, пока его не исключили.

Я не могу – не хочу разбираться с ними всеми. Они лишь привязывают меня к этому месту, а забота всегда причиняет боль.

Аша впилась в учебник истории. Разноцветные пряди падают ей на лицо. Губы кривятся в полуулыбке. Она что-то шепчет. Сильв напрягается, а потом хохочет, и голос ее разносится над толпой:

– Что бы вы все ни думали, я вовсе не мечтаю о зачетах.

Аша закатывает глаза:

– Тебе-то не о чем беспокоиться.

Сильв краснеет, но Аша права.

Сильв – отличница, учителя ее обожают. Она не сможет провалить экзамен, даже если захочет.

Когда Аша поворачивается ко мне, наступает моя очередь. Я расплываюсь в фальшивой улыбке:

– Тест по истории не для меня. Мне было чем заняться на каникулах, помимо зубрежки.

– Мещанка, – вздыхает Сильв. – И почему я с тобой дружу?

Потому что я твоя.

Щелкают кнопки на сумке Аши.

Она отводит с лица фиолетовую прядь.

– Не учила? Счастливая! Они должны были назначить зачеты после каникул, чтобы держать старших в руках.

Слава богу, я не из старших. Прежде чем я успеваю что-то сказать, Сильв меня опережает:

– И что же ты делала?

– Ничего.

Гул голосов вокруг нас становится громче. Первые минуты после речей Трентон всегда такие. Все наталкиваются друг на друга, стараясь выбраться из зала, но сегодня царит настоящий хаос. Появляется учитель. Наверное, чтобы посмотреть, в чем причина задержки.

Аша усмехается.