После измены

Боже!!! Как это вовремя!!!

Да я хоть сейчас рвану не задумываясь, только маме затарю холодильник!

Сдерживая нахлынувшие эмоции и невероятное чувство благодарности к подруге, как можно спокойнее произношу:

– Идея замечательная. Я бы с радостью поехала. А Итан точно не будет против?

– Это была его идея! Он решительно за!

– Тогда нужно забронировать отель, – и раскидать срочные дела и заказы согласовать! Сразу включаюсь в предстоящее событие! Как же здорово! Немного отвлекусь, переключусь! – Давай я этим займусь?

– Нет-нет-нет, – щебечет с улыбкой Лида.

Она такая счастливая последнее время. Я за неё очень радуюсь. – Жить будем у родителей Итана. Он сказал, что это даже не обсуждается. Там двухэтажный дом, две гостиных, много места. Всем будет удобно.

Ладно, это можно потом обсудить.

– А когда едем?

– Через три недели. Чуть позже Итан уточнит. Билеты я найду, не заморачивайся, твой паспорт у меня есть в фотографиях.

Ооох, это просто ВАУ!!!

– Тебе остаётся только расслабиться и получать удовольствие!

Да уж! Мне остаётся только избежать каким-то чудом нежеланного ужина!

Ну из-под земли ведь он меня не достанет, верно?!

Глава 6

– Даша.

От тихого настойчивого оклика я вздрагиваю и замираю. И даже перестаю рыться в сумочке в поисках ключей. Дыхание в ту же секунду сбивается.

Домофонная дверь раскрывается с характерным пробирающим верещанием. Но я настолько сконфужена, что не успеваю отреагировать. Выходящие жильцы точно ненароком задели бы меня, если бы Фёдор Арсеньевич резко не притянул к себе за руку.

Чувствую тёплую ладонь на талии.

Внутри мгновенно поднимается восстание. Я ещё не отошла от того поцелуя. Это непередаваемо, мне до сих пор та-аак неприятно…

– Пожалуйста, не трогайте!

Напряженно вырываюсь, и мужчина совсем мне не препятствует, отпускает с готовностью.

Поворачиваюсь к нему лицом.

– Я звонил тебе. Три раза, – давит на меня.

Да. Конечно, я не подняла трубку ни в первый раз, ни во второй, ни в третий.

По спине ползёт липкий озноб. В прищуренных зелёных глазах – тёмная мгла. Фёдор Арсеньевич чуть склоняет голову набок, словно ждёт оправданий. Выражение лица жесткое. Суровое. Поджатые губы, брови почти сходятся над переносицей.

Непроизвольно сглатываю. И отодвигаюсь на шаг назад. Я его боюсь…

Вокруг него плотная аура непримиримости и властности. Беспощадность тяжёлыми волнами исходит от этого человека, транслируя абсолютную непреклонность. Бескомпромиссный.