Все не так, как кажется

Результат разрушения межсуставных хрящевых прокладок. Чаще страдают колени, тазобедренные суставы.

Рентген прилагается. Причем крайне неприятная картина на правом колене и начало процесса на левом. Еще немного – и легким обезболивающим не обойдешься.

– Помочь ничем нельзя, – зло сказала Катя.

– Во-первых, твое дело – заставить ходить Алевтину Васильевну с палкой. Намного легче будет ей.

Она закатила глаза. Объяснять не нужно. Приходилось уже сталкиваться. Пока пожилой человек может таскать ноги, он упорно считает себя бодрячком и не желает пользоваться подпорками.

Не все, безусловно, но деятельные люди, не плачущие от легкой болячки и не стремящиеся обеспечить вокруг себя хоровод ухаживающих родственников. Старое поколение по большей части имеет стержень внутри и не сдается до самого конца. Это прекрасно, но иногда они приходят с жалобами, когда уже терпеть невозможно, однако и помочь уже нельзя. До последнего тянут.

– Во-вторых, Торговый дом Тропинина возле Арбата знаешь?

– Конечно.

– Через дорогу есть аптека Дивартяна. Отдашь фармацевту вот это, – старательно написал свое имя, то есть не с улицы заскочила, название и дозу.

Тамошнему хозяину подробно ничего объяснять не надо. Не первый год понимающим разные не включенные в официальный список препараты готовит, получая от дедушки Ма. Армянин там фактически подставное лицо, а работают китайцы целой семьей, и деньги, скорее всего, их. Отдел восточной медицины называется и под соответствующий параграф закона не подпадает.

Травки всякие природные, наркота отсутствует. Проверяют регулярно, от полиции до инспекции санитарной. Только от иных рецептов шибать может почище героина. Но не злоупотребляет. Чего нет, того нет. Так я и не разобрался, кто его прикрывает, но связи должны быть серьезные.

– Можно взять на месяц или на три. Для начала – две капсулы в день. Если полегчает, уменьшить до одной. Не вылечит, но замедлит стирание хрящей. Болеть меньше станет. Козликом, впрочем, прыгать не будет.

То есть козой.

Но звучит несколько неприятно, поэтому заранее смягчил.

– Облегчение гарантирую, не излечение.

– Почему никто не предлагал? – спросила Катя настороженно.

– Это не лекарство, – честно ответил я. – Народное средство. Добавка для еды. Возможно, придется всю оставшуюся жизнь употреблять. И средство недешевое. Две упаковки в месяц, пожалуй, та самая тридцатка, что с меня получите, и выйдет. И не надо ждать в первый же день облегчения и полного счастья.