Выбор жизни

Меня оставляют в покое, и я сажусь в машину. На этот раз на пассажирское сиденье. Пусть стажер старается. Хоть какая-то польза от него должна быть, правда?

– Поехали в отдел, – говорю, доставая из бардачка планшет. – И не показывай лихость, – бурчу, когда рванул с места в карьер. – торопиться уже некуда.

Набирать на ходу текст не очень удобно, но у меня давно забиты шаблоны, и пока приедем, будет черновой вариант. Потом остается только просмотреть на ошибки: сколько ни стараюсь, все равно найдутся, и программа соответствующая не всегда помогает, и отправить на «мыло».

Мы организация крайне продвинутая. Бумаги сами по себе, а техника в наличии.

– Да! – сказал, нажимая кнопку на бортовом компьютере, когда зазвонил телефон. Все равно будет ждать ответа до бесконечности, какой смысл сбрасывать.

– Это я, – сказала виновато мама, будто я и так не вижу на экране номер. – Тут по телевизору показали… Тебя увидела…

Ну точно коптер был корреспондентский. Журналюги достали. Теперь будут крутить по сто раз в день с идиотскими комментариями.

– Все в порядке, – преувеличенно сладко сообщаю стандартную фразу. – Ничего со мной не случилось. Ты же знаешь, ежели че, тебя непременно поставят в известность. А сейчас извини, я занят. Начальство ждет отчета.

Она вздохнула и отключилась. Ничего с собой поделать не могу. Умом все понимаю. Пять с лишним лет ждать. Не мы первые, не мы последние исчезли. Все же замуж далеко не сразу вышла. Но тогда воспринял ситуацию как предательство.

Еще и сводный брательник в пеленках на мою голову. А она в тот момент определенно не в порядке была. То счастье от моего возвращения, то депрессуха от поведения. И еще лезут в душу писаки всякие. Я настоящим психологам почти ничего не рассказал про свой путь. Еще не хватает на себя материал давать. После Наставников такие вещи чую сразу. Научили.

Ну, в кино вояки хоть напиваются в таких случаях до свинячьего визга. А меня почти не берет, и блок в мозгах насчет потери контроля.

Лучше уж с чужими в казарме, решил и ушел демонстративно через полгода общих мучений в одной квартире в интернат. Точнее, кадетский корпус МВД. В армию до восемнадцати не брали, а то бы сейчас в спецназе каком бегал. После воспитания в другом мире тамошняя дисциплина, от которой выли иные ребята, оказалась курортом. А с родственниками поддерживаю нормальные отношения. На дни рождения посылаю подарки. Правда, после ухода так ни разу и не зашел.