Дикарь

– Скажи мне, как поживает твой единственный сын? – заговорил я наконец о сути.

Илья стрельнул в меня слегка нахмуренным взглядом:

– Тимур? О… прекрасно, у него всё прекрасно… – но озабоченный тон отца выдавал его истинные чувства: беспокойство, тревогу.

– Он женат? – не стал я ходить вокруг да около.

– Нет, – Илья устало качнул головой и испустил вздох сожаления, а после небольшой паузы добавил: – Это очень печалит меня, Лев, но винить некого, кроме себя самого.

– Винить? – непонимающе, даже возмущённо переспросил я.

 – Почему ты считаешь себя виноватым?!

– Ты ведь знаешь, как он провёл детство и юность. В совершенно диких условиях, слоняясь вслед за мной по горным аулам, и без женской ласки… Вот и вырос мой Тимур… как бы это сказать… несколько диковатым.

Каюсь, я не поверил ему:

– Ты преувеличиваешь! Он оставил тебя и вернулся в большой мир двенадцать лет назад. Неужели за это время общество не сделало из него более или менее приличного человека?

Илья снова вздохнул:

– Боюсь, что первые восемнадцать лет жизни человека играют более важную роль, чем последующие пятьдесят.

Кому как не тебе это понимать.

Я упрямо не желал признавать, что моя последняя надежда, мой отчаянный план невыполним:

– И всё-таки. В конце концов, Тимур жил и воспитывался среди людей и с крайне интеллигентным отцом… Он ведь и университет окончил?

– Бросил на третьем курсе. Сказал, что там не учат ничему полезному, чего бы он ещё не знал.

– Бизнесом занимается…

– Да, к счастью, в этой области он смог реализоваться полностью – компания процветает. Но это не избавило Тимура от одиночества.

– Извини, но я не совсем понимаю – в чём же загвоздка?

Илья принялся объяснять:

– Тимур на редкость прямолинеен, не выносит никакой лжи, лицемерия и притворства. Те женщины, которых он встречал на своём пути, или пугались его странноватых манер, или желали извлечь из общения материальную выгоду, и это страшно его бесило.

В конце концов, он разочаровался в наших цивилизованных барышнях, замкнулся и заперся на своей усадьбе. Кажется, с ним живёт какая-то женщина, но… это всё несерьёзно. Жениться он не намерен.

Я мечтательно усмехнулся, одновременно не выпуская из виду цель, но и оставаясь при этом искренним:

– А помнишь, как мы мечтали, когда родилась моя Ника, что они поженятся, когда вырастут..