Драгоценность

Потом я как-то поймала падающего с лесенки ребёнка на площадке во дворе, хотя сама шла мимо и остановилась только на секунду – поздороваться с его мамой… может, и ещё что-то подобное происходило на глазах странного соседа – не помню. Но он стал постоянно присматриваться ко мне, я видела, и из окна наблюдал, когда я выходила на работу. До этого жил пять лет – и ничего, а тут вдруг пригласил нас с бабушкой на чай к себе домой. Я хотела отказаться, но бабуля возразила, что это невежливо, и пришлось пойти.

Квартира у Вениамина Аристарховича выглядела одновременно богато и сдержанно. Скромный шик – наверное, так этот стиль можно назвать. Однотонные стены, по современной моде, минималистичная мебель, необычные декоративные элементы на потолках… Стеклянный сервиз, рассыпной чай, печенье, какое я не позволяла себе покупать в магазине… Вениамин Аристархович очень подробно расспрашивал Лидию Матвеевну про хитросплетения наших родственных связей, но она ловко отшучивалась и уходила от прямых ответов.

Так и не сказала ему, что мы вообще чужие по крови. Мне был неприятен этот допрос, но так увлекательно наблюдать за их витиеватой беседой, переполненной уводящими в сторону реверансами. Похоже было, что столкнулись два титана дипломатии и риторики.

– Вы тоже как-нибудь заходите к нам на чай, – сказала бабушка напоследок, когда мы с ней уже обувались в прихожей.

– Всенепременно, – хозяин даже слегка поклонился, с лица его не сходила приторная вежливая улыбка.

 – В ближайшее время навещу.

– О, ба, зачем ты его пригласила?! – принялась возмущаться я, прикрыв за нами уже собственную дверь.

– Так положено, милая. По законам вежливости, я не имела права не сделать ответное приглашение. А чем же тебе так не угодил наш сосед? Он довольно представительный мужчина и, кажется, заинтересовался тобой.

– Мной?! – в ужасе переспросила я.

– Ну не мной же. Дорогая, я знаю себе цену, но не люблю придаваться иллюзиям. Я гожусь этому мужчине в матери…

– А я в дочери!

– Ты права, но такой союз намного правдоподобнее.

– О Господи, о чём вы говорите? Я ни за что не заключу союз с человеком старше меня на тридцать лет.

– Вряд ли тридцать, милая. Двадцать семь-двадцать восемь, не более.

– Для меня это одно и то же.

– Что ж, дело хозяйское. Если не нравится, значит, не заключай. Хотя я бы на твоём месте присмотрелась. Человек импозантный, состоятельный… и за здоровьем следит.