Любовь зла 2. Возвращение папы

Я снова отвлеклась от своего занятия и повернулась. Пригладила влажной рукой короткие, но непокорные русые волосы.

– Это всё неважно. Кто как смотрит… Я пока не готова к новым отношениям, и вам обоим незачем ревновать.

Он поймал мою руку за предплечье, жадными горячими губами поцеловал запястье.

– А когда ты будешь готова? Три года прошло, Насть…

– У меня дочка маленькая, не до мужчин мне сейчас.

Алёша вздохнул.

– Ладно. Пойду самовар раскочегарю.

Почему-то между нами никогда не возникала неловкость, даже после вот таких сцен с объятиями, если только он не переходили границу и мы не ссорились.

Мне всегда было с Алёшей легко. Может быть, потому, что мы с ним абсолютно друг друга принимали… Я принимала его чувства как есть, разрешала себя безответно любить и желать. Он – принимал мои дружеские чувства без примеси романтики. А ещё – этими редкими всплесками кормил моё голодное тело, которое глубоко внутри давно истосковалось по мужской ласке, но не могло принимать их от кого-то, к кому не благоволит душа. Я жестока? Я собака на сене? Возможно. Но я не держу Алёшу и уверена – не приревную даже, если он обратит внимание на другую девушку. Я отпущу его в любой момент, пусть только захочет уйти.

Разобравшись с посудой, мы сели за стол, накрытый на веранде. Варенье трёх видов, мёд, сушки, конфеты. Мм! Жаль, что Дуняши нет… При ней Алёша стесняется придвигаться ко мне так близко и почти обнимать за плечи, укладывая мощную руку на спинку скамейки.

– Когда ты собираешься всё сам успевать? – спросила я его, непроизвольно рисуя пальцем беспорядочные завитки на тыльной стороне крупной ладони, лежавшей передо мной на столе.

– Первый сезон, пока деньги не появятся. – Алёша прикрывал глаза от нескрываемого удовольствия. Его щёки умилительно алели.

– Так у тебя много денег не появится, или ты сляжешь от переутомления.

– И что ты предлагаешь?

Он перевернул ладонь и тоже стал играть с моими пальцами, пытаясь переплести их со своими, но я не давала.

– Нанять кого-то, а о зарплате договориться на потом, после продажи.

Я заставила его положить ладонь внутренней стороной вверх и стала рисовать уже по ней, что-то вроде сороки-вороны.

– Да кто на такое пойдёт? – Он то и дело непроизвольно сглатывал, сбиваясь с дыхания.

– Ты хотя бы спроси для начала. За спрос денег не берут. Если сможешь размещать у себя и кормить работников всё лето или хотя бы месяц, а потом уж платить, я думаю – желающие найдутся.