Зараза: Вторая волна

Ветошь, валявшаяся здесь же, в помещение, отлично для этого пригодилась.

По щекам женщины стекали слезы, но это лишь раззадоривало Каменщикова.

– А не хрен было с нами в игры играть! – прошептал он.

Облизнулся.

Схватил женщину за подбородок.

– А теперь ты ответишь на мои вопросы, так ведь?! – спросил он. – Сейчас я достану тряпку – и ты мне быстренько все расскажешь, хорошо?

Женщина закрыла глаза.

Пыталась плакать беззвучно.

– Это типа «нет»?! Типа «нет»?! – взревел Каменщикова.

Ударил женщину по лицу.

Хрустнуло.

– Тварь! – Буркнул «черный».

Размял костяшки.

«Похоже, клиент проблемный. Ну что же, тем интересней. На хрен Беса! Сам справлюсь!», – решил капитан.

***

Константин Соловьёв посмотрел на Свету.

Та даже глаз не отвела – вот же упрямая дура!

Черт дернул доверить внучек вчерашней студентке. Константин всегда был падок на молоденьких девушек. Даже когда женился на матери Ани (теперь уже Прокопенко), даже тогда водил с ними шашни. Ну а что, если молодые нимфетки сами липли к нему, будто пчелы на мед.

В ожидании пятерки в зачетке, а, может, потому что он внушал доверие возрастом и умом. Обладал харизмой. Да и в целом, выглядел на десяток лет моложе, благодаря тому, что занимался фитнесом и растяжкой.

Вот и в лагере Константин завел себе такую же – очередного ребенка-переростка. Нимфетку, к которой, правда, по закону уже можно было трахаться. И никто бы не обвинил в педофилии – девчушке было ровно восемнадцать. Исполнилось месяц назад – и не подкопаешься.

– Как ты… посмела ее оставить? – Константин схватил Свету за локоть.

Сжал.

– Как официально! А как же наше «Светочка, давай устроим переменку» там, в палатке – все, да?! Кончилась любовь, завяли помидоры?

Константин хмыкнул. В его жизни бабы все время доставляли проблемы. Собственно, поэтому в свое время он ушел от жены.

Но – не только поэтому.

Совсем не поэтому.

– Нет, не значит… ничего не значит, ноты должна была за ней смотреть…

– Должна? Кому? Ты мне кто, папочка?!

Константин сильнее сжал локоть, так что кожа покраснела.

И неожиданно… Света заплакала.

Густо намазанные тушью «фингалы» поплыли.

И глава лагеря понял, что перегнул. Все же когда ему снова понадобиться минет, надо чтобы девушка была в форме.

А не чертовой размазней, как сейчас.

Так и не встанет, гляди, а это сейчас уже было некоторой проблемой.

В его-то возрасте.

– Хорошо, я немного того, – у Константина аж скулы свело.