Живая тьма

Бляха, да просто из ниоткуда! Тень мимо пролетела и – раз! – полголовы у напарничка моего нет. Кровь на меня брызжет, в рот, в нос, а я ни хера не знаю, что мне вообще делать. Рот не могу открыть! Да я даже пистолета не хватился, понимаешь? Как дебил полнейший, в ступоре…

– У меня что-то подобное тоже было сегодня!

– А я заорал, просто благим матом заорал. И чтобы просто не сойти с ума – страшно было аж пипец! – от своего же крика.... я уже ничего не понимал просто....

взял и заткнул уши руками. Шум ушел!

– Так я тебе это же сегодня проделывал… Погоди, так эти твари – эдакие звуковые… – слово, конечно, вертелось на языке, но слишком все это неправдоподобно звучало, – …телепаты что ли?

– Ты мне задаешь вопросы, на которые я не знаю ответов. Но, если ты хочешь мое мнение, то да, что такое определенно есть, – Саня снова затянулся. – Дальше все происходило очень быстро: прыгнул в машину и помчал… просто куда глаза глядят.

В никуда! Вскользь так увидел, как что-то мелькнуло у подъезда, ну тут злость взяла. Даже не знаю, откуда это… решился на таран! Дай, думаю, собью этого урода! Глупо ведь, правда?!

– Не знаю, глупо ли… Но то, что это мне жизнь спасло, это да, это факт! Я, кстати, так тебя и не поблагодарил, – сказал я и протянул Сане руку. Он посмотрел на меня, одновременно и смущенно, и удивленно, как будто впервые увидел, но руку тем не менее пожал.

– Да что уж там.

Я же не специально… Так вышло, – он снова попытался затянуться, но не успел – сигарета выпала из дрогнувшей руки. Где-то наверху раздался звон бьющегося стекла и послушались глухие удары и крики. – Ну вот… они уже здесь!

Мне кажется, что в другой ситуации подобные вопли (что типа «ууаааааллляяяяаааааа»), доносившиеся сверху, может и звучали бы смешно, но я уже понимал, что на самом деле это саундтрек к самой настоящей бойне. А мы, как назло, оказались в самом ее эпицентре.

Раздался резкий жужжащий звук и – раз! – вырубился аварийный свет. Тут уж стало темно не просто, как в жопе негра, а так, если бы он при этом еще и находился на самом дне Марианской впадины.

– Черт! – выругался полицейский. Судя по звукам, мой новый друг возился с фонариком, но безрезультатно.

Двинулся было следом за Александром, но тут услышал: – Оставайся здесь!

Хорошо ему говорить.