Под зелененьким кусточком

Под зелененьким кусточком

Мари Мишель

Живая, светлая история о любви, о нас с вами. О любви немолодого мужчины, врача-офтальмолога к молодой девушке, у которой в жизни наступил непростой период, столкнувшись с предательством партнера в профессиональном танцевальном мире. Но любовь ведет за собой и делает нас сильными. Содержит нецензурную брань.

Мари Мишель

Под зелененьким кусточком

1

Полинявшее ночное небо наполнялось светом. Мягкая тишина зрела за окном в это утро, наливаясь остывшим, предосенним почти стоячим воздухом.

Раздувался рассвет солнечным лучами, пробуждал травинки, поднимая чашечки дозревающих цветов. Августовский лес звенел хрусталем, сбрасывая увядающую поржавевшую пышность. Земля сохла, твердела, тлела густым ароматом.

Дачные домики с разными крышами, облитые великолепным солнцем, держались обособленно холодно и невзрачно, пока не проснулись их хозяева, и не вдохнули заново жизнь в еще один новый дачный день.

Иван Андреевич открыл глаза и медленно, но сладко потянулся в это воскресное утро.

Он никуда не спешил. Сейчас встанет, умоется, сообразит завтрак, поделает какие-нибудь дела, а уж после обеда ленивым шагом пойдет на станцию, где на электричке уедет домой, собрав заблаговременно плоды спелых слив, сетку картошки и лука, последние огурчики из теплицы.

Выращивать он любил, так небольшими порциями. Пристрастился к аграрному делу, когда от жены начал сбегать в свои выходные на дачу.

Внезапно тихая улица, разорвалась раскатистым лаем взбесившейся собаки, лупящей по металлической сетке лапами и кошкино сочное остервенелое шипение раздалось в отместку, никак не прекращающееся.

Иван бы, конечно, еще полежал бы под тепленьким одеялом, но любопытство взяло над ним верх. Втиснув свои волосатые, крепкие ноги в штаны, он, широко зашмыгал растоптанными тапками по дощатому полу, вышел на улицу.

Кошка, взобравшись на молодой клен, взбугрилась шерстью, отвержено скаля на собаку свои острые клыки.

– Ты проиграл, псина… – исчерпывающе сказал Иван, приподнимая левую щеку к глазу, констатировав собаке ее однозначное поражение, лапающею преграждение «сетку-рабицу», сотрясая переплетенный забор весом и горячей неистовой брехней.

 – Кошка на моей территории! Так что вали по своим делам!

Собака будто бы очухалась, серьезно облупила мужика собачим взглядом и внимая словам местного хозяина, отступилась. Завиляв хвостом, дернулась рысьей походкой вдоль проулка.