Последняя из Рода Серебра

Чтобы понять весь ужас ситуации, перечислю мой ночной набор продуктов, чтобы дожить до утра: кувшин молока, одна штука; колечко домашней колбасы, одна-две штуки (под настроение); каравай хлеба, одна штука; треть головки сыра; пять вареных картофелин; три яйца, сваренные вкрутую; кусок отварной говядины, пятьсот граммов; два огурца, впрочем, огурцы иногда доживали до утра; что-нибудь сладкое на закуску, иногда я брала с собой фрукты.

Засыпая практически на рассвете после того как опустошила весь поднос, я просыпалась в семь утра, потому что снова хотела есть! Когда меня стало волновать подобное положение дел, первым, кому я задала вопрос, что со мной, был Каа’Лим.

Я получила хороший ответ и сразу решила, что надо поесть, иначе до обеда точно не дотяну.

«Хочешь есть, значит – ешь», – глубокомысленно заметило наимудрейшее существо во вселенной.

Позже начались первые осложнения, связанные с Элфи. Гном решил устроить расследование и выяснить, кто таскает по ночам еду. Ругался Элфиральд страшно, крича, что весь домашний бюджет летит в тартарары, так как положенная недельная сумма денег на еду исчезает за три дня.

Я, если честно, очень боялась, что гном поймает меня ночью на подходе к кухне, но и бороться с собой не могла. Когда попробовала первый и единственный раз, то поймала себя на мысли, что у Каа’Лима весьма аппетитные ляжки… Это был уже перебор, после чего я пошла с повинной к Орэну. Маг как раз был у себя в кабинете и разговаривал о чем-то с Элфи и Лиамом. Сначала я подумала, что ни за что не признаюсь в обжорстве перед человеком, то есть эльфом, который мне так сильно нравится. А потом мой желудок сказал: «Плевать на эльфа, я голоден!». Не в состоянии перечить своей утробе, я вошла в кабинет.

– Мм… учитель, – начала я. – Можно с вами поговорить?

– Мара, – оторвался от беседы Орэн и посмотрел на меня. – Конечно, проходи. Ты хочешь поговорить со мной наедине или это не столь важно?

– Пожалуй, неважно.

Не могла же я сказать: «Уберите эльфа!»

Три пары глаз испытующе уставились на меня.

Глубоко вздохнув и переложив косу на другое плечо, я решила, что раз пришла, то надо испить свой позор до конца.

– Это я, – выпалила я на одном дыхании и тут же втянула воздух ртом.

– Что ты? – как мне показалось, немного растерялся Орэн.

Вот тугодум! Теперь объяснять придется. Я посмотрела на Орэна, и тут мне показалось, что он едва сдерживает смех. Глаза его наполнились озорными искорками, а брови наоборот нахмурились.