Соль. Судьба Первородной

– Но… послушайте, я не последний аланит в империи и занимаю достаточно высокое положение при дворе, потому имею достойное образование и знаю, что первородные целители не могут так относиться к живым людям! Они – само воплощение любви…

После этих его слов пещера буквально взорвалась от каркающего хриплого смеха. После чего дед вдруг резко замолчал и пристально посмотрел в черные глаза мужчины, что лежал перед ним, своими необыкновенными аквамариновыми глазами.

– Скажи-ка мне, не последний муж империи с хорошим образованием, когда исчезли последние первородные целители Двуликого Бога, м?

– Последние первородные исчезли после Десятилетней войны, – заученно пробормотал Эрдан.

 – Это была великая битва, в которой родилась наша Империя!

– Это была Великая резня, в которой вы кромсали, сжигали, травили и, Двуликий ведает, что ещё делали друг с другом. Первородных сгоняли на поля сражений, как скот! Кидали нас в самое пекло, заставляя лечить! Зная, что ни один из нас не пойдет против зова. Не сможет отвернуться от чужой боли.

Полагали, что наш дар безграничен, а значит высасывать его из нас можно бесконечно. Знаешь, сколько из нас выжило после этого?

– В-все, —неуверенно, но все же сказал Эрдан, мысленно прикидывая, сколько же лет этому старику, если война, о которой они говорят, произошла не одно столетие назад.

– И куда же мы делись? – усмехнулся дед. – Раз после нас никто не видел?

– По велению императора Актавия вам была дарована высшая милость Великой Империи Алании, а именно десять тысяч золотых асс, земельный надел в плодородных землях провинции Эсай… – по памяти перечислял Эрдар то, что некогда сумел запомнить на уроке истории у достопочтимого господина Соруса.

 – Свобода воли в выборе службы и места её прохождения, а также пособие из казны Империи. Но гордые первородные отвергли щедрое предложение империи за оказанные услуги, отринули долг перед родиной и предпочли скитания и вольнодумие, – весьма патетично закончил Эрдан, отчего-то чувствуя, что сморозил глупость. И что тому было причиной: презрительный прищур аквамариновых глаз или же сам факт, озвученный, вдруг показался ему каким-то ненастоящим, что ли?

– Ну, ну, – фыркнул дед, отворачиваясь от мужчины и тем самым показывая, что не желает больше с ним говорить.

Целитель оставил своего подопечного одного, вышел через узкий скалистый проход из своего логова, спустился к подножью горы, в которой жил так давно, что уже и не пытался считать время.