Властитель ледяного сердца

– Взаимно, – деловито кивнула девчушка, просовывая в образовавшуюся щель туго свернутый свиток. – Это тебе, наверное? Сказали сюда снести.

– От кого? – спросила принцесса, принимая послание и выуживая из рукава маленькую монетку для девочки.

– Рикхард Властитель Грозового Перевала. От него вроде как.

Спровадив словоохотливую девчушку, Йолинь распечатала свиток, чтобы прочитать всего несколько слов: «Завтра в полдень мои люди доставят Вас в Дом Совета».

«Доставят Вас» – эта фраза зацепила ее более всего.

Не то чтобы она не понимала своего положения, но, боги, как ей надоело, что ее «доставляют» из одного места в другое. Оказывается, спустя два года это все так же неприятно, как и прежде.

Досадливо швырнув послание в приоткрытую печь, Йолинь вышла во двор. Склонившись над небольшим тазиком для умывания, она уже опустила кисти рук, чтобы зачерпнуть воду и умыться, как ее взгляд зацепился за женщину, что смотрела на нее с водной поверхности.

– Бог ты мой, во что же я превратилась… – ошарашенно пробормотала она, рассматривая колтун, что образовался вместо волос после долгого сна, отечные веки, тусклые безжизненные глаза.

 – Кто это? – очень тихо прошептала она, смотря, как отражающаяся в воде женщина удивленно вздергивает бровь. Этой тетке было лет пятьдесят, она прожила долгую несчастную жизнь, ее бил муж и ненавидела родня. Это не может быть она! – Я? – пискнула она.

Когда у женщины в отражении странно увлажнился взгляд, а по щеке заструилась крошечная слеза, Йолинь все еще не сразу поняла, что это она плачет.

Дрожащей рукой она сняла эту одинокую слезинку со щеки, поднесла к глазам, понюхала, а потом не удержалась и попробовала кончиком языка.

– Правда соленые, – пробормотала она. – Надо же…

И тут же решительно зачерпнула в ладони ледяную воду, раз и навсегда смывая с лица… слезы. Она и забыла, когда последний раз позволяла себе подобную роскошь, как слезы. Боги, ведь плачут только дети?! А тут принцесса…

«Именно, принцесса! – резко выпрямившись, она решительным шагом направилась в дом.

 – Хватит! Хватит так жить! Не хочу больше!»

С небывалой для себя яростью Йолинь втащила в дом тяжелую бадью, в которой могла помыться целиком, затопила печь и начала греть воду. Распахнула массивный сундук, выуживая из самых его недр чудом сохранившиеся благовония и масла, что привезла с собой из дома, лосьоны, крема, порошки для волос. Подготавливать все самостоятельно было тяжело и непривычно, но она должна была с этим справиться.