Кольцо странника

На шее сверкает тысячами огней хрустальное ожерелье, на руках – золотые запястья, лоб украшен яркой узорчатой лентой с драгоценными самоцветными подвесками. Ничего не жалеет князь для своей милой Олуэн, все ждет – не улыбнется ли она? Но пока ничего не выходит, все также печальна юная жена…

А когда день начал клониться к закату и в травах сухо затрещали кузнечики, наводя тоску, и страшные звезды зажглись над неведомыми степными тропами – из-за реки прискакал усталый, почерневший от пыли воин и бестрепетно подошел к белому шатру хана.

Перед ним расступались батуры, знали они: вернулся гонец. Подойдя к хану, молвил воин:

– Великий хан!.. Полчище русичей идет на нас, – и пошатнулся, и тут только стало видно, как он изможден.

Зазвенели боевые щиты, тревожным набатом разнесся звон по становищу. Отовсюду скакали всадники и во всех кибитках снаряжали воинов для похода – приторачивали оружие к седлам, собирали нехитрую снедь – вяленое мясо и сыр, жесткие лепешки. Жрецы молились о победе.

Полки выступили к рассвету.

Впереди – сам могучий хан на вороном злом жеребце в серебряной сбруе. За ним – стрелки в походных халатах, полы подтянуты к поясу. Эти воины бедны и незнатны, но их много – русичи завязнут в них, растеряются, и тогда доберутся до врагов конники с саблями. Следом же за ними – копейщики в добрых доспехах, в кожаных панцирях, в кольчугах. Это – самые знатные воины хана, опытные, могучие батуры. Их тяжелые копья пробивают насквозь самую крепкую кольчугу и разят насмерть. Их кони ступают тяжело – гудит широкая степь, стонет многострадальная земля.

Последними движутся тыльные войска – ведут в поводу запасных коней, несут оружие, стрелы. Там много женщин и стариков, мальчишек, которым рано пока в настоящий бой. Вроде и ни к чему это, но Кончак думает по-другому. Главное – напугать русичей, показать им, как много воинов у кипчаков. Даже на запасных конях, которых в поводу ведут, сидят соломенные чучела – пусть видит русский князь: половецких воинов – что песку морского, нечего и думать одержать победу!

Широкий след ложился за полками – траву выбили начисто.

В ясном синем небе граяли уже вороны, чуяли поживу. Хан ехал впереди, сверкал богатым шлемом. Могучую силу чуял он за своей спиной и душа его была исполнена уверенностью.

Около полудня углядели издалека стрелки всадника, по виду – русского лазутчика.

Всеслав, узрев половецкие войска, развернул коня. Душа дрожала в нем – кипчаков было, как песку морского.