Крест Ал-Ламии: наследник

Сейчас ее лицо раскраснелось, золотые волосы выбились из заплетенной косы, а изумрудные, огромные от удивления глаза, смотревшие на него, заставляли сердце биться учащенно.

– Что, лара? – рассмеялся он. – Не ожидали здесь встретить следы людей? Это и есть доказательство моих слов. Когда-то эти руины были храмом Драконов нашего ал-тана.

– Это же невероятно! – воскликнула Тианна. – Я обязательно должна там побывать!

Она поспешно сделала шаг вниз и чуть не упала, оступившись. Дэминиан успел подхватить ее за руку, невольно прижав к себе.

Оба замерли… Но уже через мгновение Тианна устремилась вниз, оставив вздыхающего принца позади себя.

Все храмы богов-Драконов в Ал-Ламии строились по одному образцу в обеих странах. На нижнем этаже располагался большой зал квадратной формы, повторявший символ мироустройства – четыре стороны – четыре стихии. На втором уровне размещались помещения для служителей.

Даже в разрушенном состоянии этот храм вызывал трепет.

На высоте в два человеческих роста стены заканчивались – было ощущение, что кто-то ножом прошелся по ним и срезал, словно верхушку пирога.

Деревья пробивались сквозь щели в толстых каменных плитах.

Они бродили от стены к стене и рассматривали старинные картины, изображающие Драконов Стихий. Штукатурка осыпалась, но мастерство художников по-прежнему восхищало красотой, величественностью и масштабом.

В центре зала стоял храмовый алтарь, который притягивал взор, в какой бы части храма человек не находился. Настоящий шедевр искусного резчика великолепно сохранился в первозданном виде, только оброс мхом и травой.

На барельефе, вырезанном из черного камня, Дракон Жизни обвивал полусферу алтаря, которая олицетворяла Ал-Ламию.

– Отец рассказывал, что именно в этом храме получали Благословение все пары нашей семьи, кроме него самого и деда, – сказал Дэминиан и после паузы добавил: – Я бы тоже хотел сделать это здесь…

Но Тианна не слышала, увлекшись очисткой крыльев Дракона от веток и мусора.

Принц засмотрелся на одухотворенное лицо девушки. Не отрывая от нее глаз, он подошел, осторожно обнял за плечи, и, наклонившись, тихо произнес:

– Тианна, я не прощу себе, если ты уедешь до того, как я скажу, что люблю тебя.

Она взглянула на него широко открытыми глазами, и ее душа затрепетала.

– С первого мгновения, как взял тебя на руки там, в бухте, я понял, что ты – моя. На всю жизнь! Моя душа, моя любовь… – голос Дэминиана захрипел от волнения.