Подарок крестного

И горько становилось Марфе от мысли, что не станет ее, а жизнь будет продолжаться, что без нее вырастет внученька, заневестится…

Три года прошло с тех пор, как заманил Василий Анну к себе в терем. Три года не знала она горя-беды, да та, оказывается, за порогом поджидала. Стала Анна замечать, что неладно с ней что-то. Ей, одного ребеночка уже родившей, гадать долго не пришлось – поняла Анна, что тяжела.

Тут-то и накатила на нее тоска. Что делать? Как быть? Пройдет совсем немного времени и слуги примечать начнут, что ключница как на дрожжах пухнет, да все с одного места.

И до Марфы слух дойдет! Придется тогда ответ держать. Хозяйка к ней благоволит, начнет выспрашивать, кто виновник тому, захочет поженить… А что ей Анна скажет, как повинится?

Еле дождалась Анна ночи, когда пришел к ней Василий – встретила его, дрожа, обняла холодными руками, приникла…

– Что с тобой, Аннушка? Аль соскучилась так по мне? А может, захворала ты? Скажи, не таись…

– Захворала… – отвечала Анна, опуская глаза.

– Так может лекаря позвать? Ах ты, господи, руки-то у тебя холодные, и бледна ты…

– Не надо лекаря, – тихонько отвечала Анна, присаживаясь на край ложа. – Обычная эта хворь, как у всех баб… Скоро уж не лекаря, а бабку-повитуху звать придется!

Хоть и шутила Анна, а внутри все дрожало у нее – что-то ответит ей боярин? Может, выбранит, да и погонит из терема, как паршивую собачонку?

Но Василий не бранился, да и ничего не говорил – стоял, опустив руки, взор опустел.

Не ждал он такой вести, что и говорить. С Марфой сколько лет жил – и не было у них после Настеньки детей, не дал Бог. Да и с Анной вот уж три года… Думал уж, что старость семя выжгла, а тут вона что!

Анна совсем заробела, глядя в странное лицо полюбовника. Понять не могла – над чем он задумался, чего ждет? Потому заплакала тихонько. Выгонит ее боярин, как есть выгонит! Зачем ему корова брюхатая, когда столько справных девок вокруг? И куда она денется – один на руках, другой под сердцем? Остается только в омут головой…

Анна всхлипнула.

– Милая моя! – из груди Василия вырвался полувздох, и он изо всей силы обнял Анну.

Она ожидала чего угодно, только не этого.

– Так ты рад, что ли? – ошеломленно спросила Анна.

– Эк что сказала, дуреха! Да как же не радоваться? После Настеньки не было детей у меня, и я думал, что и не будет никогда! А тут такое счастье!

– Да как же счастье?! – воскликнула женщина.