Рейс Москва – Стамбул

«Ну не может такого быть! Он все время писал мне, звонил, да и кольца на пальце или следа от него тоже нет! Нет, я не верю!» После таких заявлений я не могла разрушать ее дивный мир романтики и великолепия. Поэтому, поняв нужду Дэниза и желания Юли, я не стала вмешиваться в их отношения и портить иллюзию совершенства.

Эрол, как я и просила, держался в стороне. Когда же он появлялся, проявлял бережное и трепетное отношение к стенам, мебели, убранным от пыли углам, блестящему паркету и каждой маленькой вазочке, которую сдвинул кто-то из неаккуратных гостей стерильного дома.

Пару раз, увидев Эрола с ручкой и листом бумаги, я отмечала его отстраненность от действительности и полное погружение в работу над текстом. Писал он левой рукой.

Его семья относилась к слою турецкой интеллигенции. Мама – никогда не работавший по специальности юрист, папа – профессор географии с огромным жизненным опытом, заслуженно уважаемый в научных кругах. Как будто считав с моего сознания вопрос о его происхождении, Эрол в одном предложении выдал мне все вышеизложенное.

Закрыв папку с бумагами и завязав со мной разговор о семье, он ждал информации с моей стороны. Так же, как и он, я выдала одно предложение: «Мама – учитель математики, папа – полковник милиции».

В среду Юля постучалась в мою комнату, заглянула внутрь и, выдав радостной скороговоркой непонятный мне в девять утра текст, исчезла так же быстро, как и появилась.

– Мы с Дэнизом отбываем на яхте в Бодрум! Вернусь через неделю.

Не скучай!

«Просто замечательно! – подумала я. – Ну да ладно, найду себе развлечение».

Августовское солнце палило нещадно. Температура воздуха в 36 градусов и последний 8-й этаж не давали кондиционеру отдыхать, вынуждая работать непрерывно. Мое желание выйти на дневную прогулку закончилось у подъезда: вдохнув горячий воздух, я вернулась обратно и включила телек. Там снова и снова крутили одни и те же новости «Ни О Чем», дурацкие программы для скучных турецких домохозяек и бесконечные унылые сериалы.

Я намозолила палец, щелкая кнопками пульта. И вот, наконец-то, дойдя до кабельных каналов, я включила VH1. «То и требовалось!» Провалявшись на диване до вечера, я услышала щелчок замка.

– Не суетись, – Эрол посмотрел на экран, – музыка, неплохо! Так только ты и я?

– …И винишко, – я кинула взгляд на бар, заставленный дорогим спиртным. – Ну давай дадим французскому розовому еще один шанс.