Жанна д'Арк из рода Валуа. Книга первая

Отцовский трон занял дядя Мартин, а сама Виоланта стала центром притяжения оппозиции, и начались новые уроки – уроки недоговоренностей, полунамёков и иносказаний, интриг и предательств, которые начисто стёрли из памяти все благородно-поэтические книжные представления о власти и подпирающих её основах.

Реальность была груба. Но девочке, которая давно уже без удовольствия рассматривала себя в зеркале, она вдруг открыла безграничные возможности оказывать влияние на других и добиваться своего одним хорошо организованным, расчётливым умом, не прибегая к помощи ненадёжного очарования.

И нерастраченная страстность – дар от испанца-отца – едва не затянула её в воронку политических интриг с головой.

Упиваясь новым, стремительно возрастающим умением перемещать людей, как фигурки в балагане, Виоланта чуть было не зашла слишком далеко. Но в один прекрасный день приправленный изрядной хитрецой французский ум матери воззвал к твёрдым убеждениям, и, на пороге междоусобиц и едва ли не гражданской войны, девушка вдруг одумалась и замерла.

Что дальше?

Просчитать все возможные варианты развития событий особого труда для неё не составило: у обойдённых наследников арсенал средств не так уж и велик. И когда стало ясно, что любой путь, ведущий на трон, обязательно приведёт к рекам крови, юная принцесса деликатно отмежевала себя от оппозиции и стала всё чаще покидать столицу, прикрываясь как щитом набожностью.

Не говоря противникам короля ни «да», ни «нет», и, не вступая в открытые противоречия с дядей, Виоланта с поразительной и немного подозрительной аккуратностью пропадала в окрестностях Сарагосы, где с недавнего времени обосновалась довольно скромная францисканская община.

Принцесса оставалась там на длительные богомолья, делала дорогие подношения, стала скромна, немногословна, чем вызвала упорные слухи о скором своём постриге.

Обрадованный король Мартин, поверить не мог, что отделался так легко и счастливо! Уход в монастырь опасной племянницы был настолько кстати, что, желая придать ускорение этому процессу, арагонский король пообещал испросить у римского папы разрешения возвести достойную базилику для скромного монашеского поселения со всеми полагающимися по монастырскому уставу постройками.

И даже распорядился составить соответствующее письмо. Причём велел это не кому-нибудь, а одному из лидеров оппозиции, с наслаждением глядя при этом в его лицо, прокисающее прямо на глазах.

Подстраховался он и с другой стороны.