Жанна д'Арк из рода Валуа. Книга первая

Годы не нанесли ущерба её красоте, лишь придали чертам спокойную уверенность. Одевается она без испанской чопорности, увлекается благородными искусствами и сама весьма искусна в вышивке. Но всё это не идёт ни в какое сравнение с теми богатствами характера, которые я нашел в своей племяннице. Она умна, образованна и очень, очень дальновидна! Осмелюсь предположить, что брак с девицей, полагающей основой семейного счастья не любовь, но крепкую уверенность в завтрашнем дне, принесёт Вам, помимо очевидных выгод, еще и удовольствие чувствовать рядом надёжного союзника.

В нынешнее смутное время что ещё можно оценить выше?

По предварительной договорённости свадебная церемония состоится не ранее будущего года, о чём заранее скорблю, так как дела нашего авиньонского папы вряд ли позволят мне долгие отлучки теперь.… Но, если Вы не будете против, я бы очень рекомендовал пригласить для встречи будущей герцогини Анжуйской Новарского епископа Петроса Филаргоса. Моя племянница питает слабость к монахам францисканского ордена, однако, по молодости лет, считает каждого, подпоясавшегося верёвкой, достойным её внимания и опеки.

Отец Филаргос на первое время может стать для принцессы отличным наставником в науке отделять зерна от плевел. Уверен, он также станет полезен и Вам в Ваших итальянских делах, поскольку пользуется особым расположением герцога Висконти…»

Дальнейшее герцог прочел по диагонали, а уверения в дружбе, которую не сделает сильнее даже грядущее родство, вообще пропустил.

Всё это можно будет перечитать и позднее. Сейчас же следовало хорошо подумать.

О Петросе Филаргосе Луи Анжуйский уже слышал и ничего не имел против того, чтобы завязать с ним взаимовыгодное знакомство. Но он никак не мог понять, при чём здесь принцесса Виоланта? Почему монсеньор Лангрский советует завязать знакомство с итальянским епископом не на свадьбе, что было бы естественно, а предлагает начать его со встречи будущей герцогини, где, по обычаю, герцог не должен присутствовать? Что такого важного может быть в поучениях его будущей жены?

«Наверное, дура? – думал герцог, сворачивая письмо.

 – Его преподобие что-то уж очень усердствует, расписывая племянницу. Умна, дальновидна, а покровительствует всем без разбора „по молодости лет“, и это в двадцать-то! Где ж тут ум?!»

Впрочем, умная жена – достоинство спорное. Зато «спокойная уверенность в чертах» настораживает.