Жанна д'Арк из рода Валуа. Книга первая

«Совсем, совсем не урод! Я бы даже сказал – очень недурна… И слава Богу!»

– Не утомила ли вас дорога, сударыня? – любезно спросил он.

Виоланта, разрумянившаяся после проезда верхом, действительно выглядела очень привлекательной. Не отпуская руки герцога, на которую опиралась, она слегка сжала её и, улыбаясь так, как улыбаются только счастливые женщины, ответила:

– Я любовалась Францией, ваша светлость, разве это может утомить? И, если бы не встреча с вами, желала бы продлить путешествие и дальше.

«Не дура и не урод, – заключил герцог. – И я – король Сицилии. Все сложилось просто прекрасно!»

Ему вдруг захотелось сказать что-то очень хорошее. Не любезное, не такое, что обычно следует говорить, а нечто особенное, чтобы сразу стало ясно – он ей действительно рад.

– Моя дорогая, – приосанившись, начал герцог, – отныне главной моей заботой станут только ваши удовольствия. Клянусь, на первом же турнире, я раскрою шлем самому сильному противнику исключительно в вашу честь!

Виоланта улыбнулась ещё шире.

Но в её переполненном благодарностью взгляде вдруг промелькнуло странное выражение – то ли жалость, то ли скука…

«Но не урод – и слава Богу», – подумала принцесса.

В тот же день всем было объявлено, что после бракосочетания супруга герцога желает именоваться на французский манер, и отныне называть её следует – мадам Иоланда Арагонская, герцогиня Анжу.

АНЖУ (1400 – 1407)

Герцогиня де Блуа не ошиблась: очень скоро Луи Анжуйский действительно готов был забыть обо всём на свете, и даже о своих любимых военных забавах на юге Италии.

Утром после первой брачной ночи, горделиво подождав, когда слуги растянут перед придворными простыни с кровавым следом, герцог Луи оповестил всех, что супруга его «совершенная прелесть». Утомленный, но довольный облик герцога значительно подкреплял эти слова, изумляя собравшихся.

Все знали, что плотских утех его светлость никогда не чуждался, но, не имея времени и особенного желания для галантных ухаживаний за светскими дамами, предпочитал развлекаться с маркитантками своего войска, не капризными пастушками из окрестностей Анжера, да с заезжими шутихами из балаганов. Мадам же новая герцогиня, мало того что в девках засиделась, так ещё и воспитана, скорей всего, была на постах и молитвах.