Жанна д'Арк из рода Валуа. Книга третья

– Де Руа..? – герцогиня очень странно смутилась, и это тут же привлекло внимание Ла Тремуя. – Который де Руа?

– Молодой, ваша светлость. Я говорил, что вы заняты, но он желает вас видеть именно сейчас. Говорит, это очень срочно.

Ла Тремуй, со странным удовлетворением наблюдал за тем, как с лица мадам сошли все краски. Потом румянец вернулся, она выпрямилась и… Министр готов был поклясться, что только его присутствие удержало герцогиню от самого характерного женского жеста – проверить всё ли в порядке на голове.

Затаив дыхание, он поднялся.

– Что ж, не буду отвлекать вас. Видимо, молодому человеку было назначено, а я вторгся без приглашения… Благодарю, мадам. Ваши последние слова были достаточно убедительными. Надеюсь, те дурные мысли… Забудьте о них. Другой цели, кроме заботы о благополучии его величества, у меня не было.

О, Господи, да она еле слушает!

Ла Тремуй, величаво двинулся к выходу, неся внезапную догадку, как драгоценный сосуд.

Молодой человек, появившийся в дверях, низко поклонился.

Так, так, очень интересно! Статен, красив. Сразу видно, цену себе знает, как знает, видимо, и то, насколько ценен здесь…

– Из-за вас, юноша, меня изгнали, – улыбнулся ему Ла Тремуй.

– Я хотел всего лишь выразить её светлости свою благодарность!

– Ничего, ничего, не смущайтесь…

О, Господь, ты есть! И ты воистину велик!

Ла Тремуй до боли сцепил пальцы, чтобы не захохотать на весь замок.

ОНА ВЛЮБЛЕНА!

Она – эта могущественная интриганка – краснеет и бледнеет, как девица при виде смазливого мальчишки!

Господь, ты велик!

Идя сюда, министр хотел всего лишь разворошить… намекнуть, может быть, испугать, чтобы заставить делать ошибки! А оказалось, что самая большая ошибка уже сделана!

Какой подарок – влюблённая герцогиня Анжуйская!

А влюблённая женщина, во-первых, безопасна, во-вторых – уязвима, а в-третьих…

Вот теперь Ла Тремуй не сдержался, захохотал.

Господь, ты есть!

В-третьих – она глупа!

Сель-ен-Берри – Раморантен

    (конец мая 1429 года)

Как ни старался дофин тянуть время, в конце мая, в окрестностях Раморантена начался стремительный сбор войск.

Мало кто помнил, чтобы к предстоящему походу готовились так весело. По обширному полю, где сосредоточились основные силы, были расставлены пёстрые палатки командиров, украшенные по-всякому, в соответствии с доходами владельца, но с неизменным гербом над входом.