Серьезные игры

– Докладываешь в закрытом режиме? – уточнил Зубов, опасаясь, как бы любопытная журналистка через свои камеры не услышала чего лишнего.

– Как положено, – подтвердил Павел. – Забрало закрыто, канал командирский.

– Значит, говоришь, тяжелый раненый. А без него прямо сейчас сможете уйти? И выполнить задачу?

– Думаю, да. Но вы ведь не успеете эвакуировать раненого, подкрепление к противнику подойдет с минуты на минуту.

– Нестеренко, – сказал Зубов жестко, – эвакуация означает задержку группы и срыв операции.

Что крайне нежелательно. Ты помнишь контракт, который вы все подписывали? Участие в боевых действиях. В которых иногда ранят и убивают. Или ты и твоя группа отказываетесь от контракта? Со всеми вытекающими последствиями?

От контракта в подобных случаях, если клиент настаивал, отказываться было не принято. Не говоря уже о драконовских штрафных санкциях.

– Вас понял, – сухо сказал Павел. – Продолжаю операцию.

– Удачи.

И Зубов отключился.

Павел подошел к раненому и опустился на колени.

Их обступили члены группы. Раненый открыл глаза и по лицу Павла все понял:

– Что, командир, концы? Эвакуации не будет?

– Да, Коля, – ответил Павел. – Хочешь сам или я?

– Давай ты, – сказал раненый. – А то двигаться больно. Ребята, не поминайте лихом. Удачи.

И, прикрыв глаза, с некоторым усилием повернул голову на бок. Павел вздохнул и выстрелил ему в висок.

Встал и сказал:

– Придется побегать, чтобы оторваться.

*****

Одна из камер Лены находилась буквально в паре метров от этой сцены, видно и слышно было отлично.

Выстрел в висок в упор из штатного оружия десантников – зрелище для непривычного человека достаточно тошнотворное. Лена чуть не сблевала прямо у пульта, еле успела добежать до туалета. А несколько придя в себя, в праведном гневе потребовала аудиенции у губернатора. Однако губернатора на планете не было, и ожидался он только на следующий день. Тогда Лена ринулась к Зубову.

– Что тут у вас происходит? – гневно начала она прямо с порога.

 – Свои расстреливают своих? Этот ваш Нестеренко кто – свихнувшийся кровавый маньяк? Я подозревала, что он псих! Или свел счеты с подчиненным?

– Это вы, Лена, о ситуации, когда Нестеренко дострелил тяжело раненого участника рейда? – уточнил Зубов.

– «Дострелил», – с омерзением повторила Лена. – Даже словечко у вас специальное есть.

– Лена, – попытался объяснить Зубов, – это же война. Бросить раненого было нельзя – узнали бы цель рейда, сорвалась бы операция.