Вторая половинка

? Что? ? выдохнула я, крепче прежнего прижимая к себе мою пушистую подругу, а на глаза наворачиваются слёзы.

«Истинный правитель всегда найдёт наказание, способное причинить как можно больше боли провинившемуся» ? мелькает в голове чуждая мне мысль.

? Ах это… ? он бросает равнодушный взгляд на прижавшуюся к моей груди зверуху, переводит взор чуть выше, едва ли не ныряя в глубокое декольте. ? Эту можешь оставить при себе, ? милостиво извещает он, и у меня внутри всё прямо-таки взрывается от ликования.

Протягивает руку, касается найденного в лесу кулона, и… улыбается!

М-да уж… Всё-таки не так страшен император, как его малюют.

Глава 6 Жизнь совсем не сказка

Магия в руках профана ? страшная сила…

Стоит ли говорить, что я с искренней радостью покинула сборище надушенных змей, именуемое приёмом? Ах да-а, прежде чем отправиться в столь желанную ссылку, пришлось ещё выслушать любезное бормотание какого-то расфуфыренного франта, оказавшегося тем самым послом, ради которого всю эту кашу с приёмом и заварили.

Времени на сборы мне не дали. Но я не особо-то и настаивала, боясь вызвать гнев императора. После душного зала свежий вечерний воздух показался божественным нектаром для моей измученной души. Я с наслаждением вдыхала полной грудью, стараясь избавиться от въевшегося запаха. Складывалось ощущение, что я только что вышла из парфюмерной лавки, где бывала-то всего один раз в жизни, зато запомнила эту вонь надолго.

Окинув взглядом карету, я подивилась щедрости и доброте моего карателя.

Вот только радость длилась недолго. Стоило забраться внутрь, и я в корне изменила мнение об императоре. Всё-таки он нашёл способ досадить мне. Дело в том, что внутри, удобно устроившись в ворохе подушек, восседала герцогиня!

Повезло ей, что я слишком устала для того, чтобы выдрать её седые патлы, не откладывая разбирательства в долгий ящик. Вот только она, не понимая шаткости своего положения, решила-таки испытать моё терпение своим непрекращающимся ворчанием.

Благо ехали мы вначале по брусчатке, и за цокотом копыт да грохотом кареты её было почти не слышно. Хотя все эти обстоятельства настроения не прибавили, ибо спать в такой обстановке я не могла, думать тоже, и оставалось лишь тихонько кипеть от гнева, строя на будущее коварные планы мести, один страшнее другого.

Тем временем карета съехала на грунтовую дорогу и, несмотря на ухабы, внутри стало гораздо тише. Вот теперь можно было бы и подремать.