Пятьдесят оттенков темного

Вы сможете завтра утром приехать к нам на собеседование? Часиков в одиннадцать?

– Завтра? Сейчас проверю, не запланировано ли у меня что-то на это время…

– Другой возможности не будет, наша клиентка – чрезвычайно занятая особа.

– Хорошо, я согласна. Но все-таки позвольте мне взглянуть в мой ежедневник. – Харриет не хотела, чтобы человек на другом конце провода догадался, что она не планирует свое будущее. – Да, я буду ровно в одиннадцать.

– Прекрасно, тогда запишите адрес. У вас есть под рукой бумага и ручка?

Харриет слегка задело, что с ней разговаривают как с маленькой девочкой, но виду она не подала и записала в блокнот продиктованный ей адрес.

И лишь положив трубку, она почувствовала ужасную слабость в ногах и села на диван, чтобы прийти в себя.

Все случилось настолько стремительно, что она была потрясена. На объявление наверняка откликнулось множество девушек, но ей позвонили уже через два дня после публикации в газете. Пораженная таким быстрым развитием событий, она позвонила Элле.

– А почему ты нервничаешь? – спросила подруга. – Нужно радоваться. Куда ты должна подъехать?

– В район Риджентс-Парк, в один из расположенных там домов.

– Потрясающе! Возможно, в твоем распоряжении будут шикарные апартаменты и плавательный бассейн, в отсутствие хозяйки, разумеется. Тебе сказали ее фамилию?

– Нет, но я непременно узнаю ее во время собеседования.

– Держи меня в курсе событий, я сгораю от любопытства.

– Я тоже, – ответила Харриет и положила трубку, решив попытаться взять себя в руки.

Но волнение не покинуло Харриет и на следующее утро, когда она подъехала на голубом «БМВ» к чугунным воротам особняка. Вышедший ей навстречу охранник спросил, как ее зовут, позвонил в дом и, как ей показалось, довольно неохотно пропустил машину, никак не отреагировав на подаренную ему улыбку. Харриет оставалось лишь утешаться надеждой, что остальные слуги будут более приветливыми.

Огромный особняк из портлендского камня располагался в глубине обширного парка, площадью не менее трех акров.

К парадной двери вела подъездная дорожка, обсаженная вечнозеленым кустарником. Парк выглядел ухоженным, но окинуть его взглядом целиком не давали высокие раскидистые деревья, мешающие обзору.

Дверь ей отпер дворецкий. Харриет очутилась в большом холле, в дальнем конце которого находилась широкая винтовая лестница. Пол был устлан ковром кораллового цвета.